Обидчик оказался простым крестьянским мужиком с пудовыми кулаками, в вязаной шапочке на круглой башке, рослым и небритым. Но больше всего Сергея впечатлил его много раз ломаный нос…
— Ну, что? — ласково спросил мужик. — Будешь дергаться, гнида?
— Я тебя сейчас! — прошипел Сергей, хватая себя за грудь, демонстрируя неконтролируемое желание нащупать свой газовый пистолет. — Я тебе сейчас… дам гниду!
— Сергей! — крикнула Лена. — Перестань!
— А ну, выйдем! — мужик подхватил Сергея, и их вынесло из троллейбуса.
— Ща драться будут! — обрадовался кто-то рядом.
И Лена помчалась на помощь.
К тому моменту, как она выбралась на улицу, мужчины уже успели подержать друг друга за грудки и теперь скалились, ходили кругами.
— Да я тебя сейчас! Я тебя сейчас застрелю! Ты понимаешь? Не доводи, скотина! Не доводи!
— Я те повякаю, падла! Я тя щас размажу!
— У меня пистолет, слышишь??? — лицо у Сергея было безумное, губы тряслись, пистолет он почти выволок, но…
Что происходит? Он боится убить человека? Боится, что сейчас потеряет контроль над собой и одной секунды будет достаточно? Боится, что будет вынужден защищаться и погубит эту примитивную, но все равно бесценную душу?
И тут вдруг Лена отчетливо увидела, что Сергей просто БОИТСЯ.
До пистолета тут далеко… Здесь близко до падения на колени…
— Я те щас, мажор еханый, пистолет в дупло засуну и проверну! Ты у меня, пидор, пожалеешь, что на свет родился!
— Сергей! — Лена подлетела, стала оттаскивать Сергея. И он не очень сопротивлялся. Даже наоборот — шел легко. — Пойдем, Сергей! Пожалуйста!
— Скажи спасибо моей девушке, свинья! — крикнул он, хватая Лену под локоть. — Ты хоть знаешь, кто она? Лена Иванова! Лучшая телеведущая в этой стране!
— А мне срать на твою лучшую ведущую! Я и ей сейчас по мозгам настучу!! — мужик разошелся не на шутку. — Мажоры, сучье!!
Немногочисленные болельщики одобрительно гудели, подзуживали, показывали обоим, куда бить, чтобы наверняка.
— Хватит! Успокойтесь! — Лена почти оттолкнула мужика, тот скользнул на замахе кулаком по ее щеке. — Я вызвала милицию! Прекратите немедленно!
Вокруг засвистели, признавая победу над пижонами.
— Беги, петух! Давай! — мужик смачно харкнул им вслед. — Беги! И сучку свою забирай! А то догоню — обои отгребете!
— Я сейчас вернусь, ей-богу! — грозно сообщил Сергей Лене.
— Не смей! — она вцепилась еще сильнее. — Идем!
Наташа сначала грела руки о термос, только потом открывала. Чай заваривала травяной, пахучий, лечил уже один только запах. И уже одна мысль, что в тебя вливается горячий цветочный сок, насыщенный жизнью, помогала встать и стоять прямо-гордо еще час, два. Травки они собирали летом, на даче, ползали с сестрами по местным болотам.
Классное было время. Утром выбирались в лес подальше, запасались пакетами, фантазировали, что увидят сегодня. Открывалось столько сказочных возможностей! За шоссе кипела современность, машины развивали скорость, в придорожных кафешках смотрели новости и просили натуральный кофе, а не растворимый… А здесь, в дачном пространстве, — патриархальная, первобытная благодать. Здесь не приживалась никакая цивилизация, зато кудрявые, колючие, ароматные пучки плодились, как новости о заказных убийствах, терактах и авиакатастрофах… Было до дрожи интересно искать травы, узнавать их, потом нести домой, потом весь вечер возиться, связывая, развешивая, словно это были новогодние украшения…
— Девушка, покажите мне что-нибудь на похороны.
Наташа очнулась.
— Мне на небольшую сумму, пожалуйста.
— Для мужчины, для женщины?
— А какая разница? — покупатель посмотрел с изумлением, даже с возмущением. — Это же не именины!
Наташа не сразу нашлась с аргументацией, к ним уже бежали дамы-коллеги.
— Мужчина! Мужчина! — коллега куртуазно несла сигаретку, улыбалась. — Вы цветочки ищете? Прекрасный выбор цветов! Вам на юбилей, на день рождения?
— На похороны!
— Есть отличные цветы для похорон и недорого!
Покупатель ушел.
…Экспериментировать с травами было нетрудно, Наташа как-то быстро начала ориентироваться в их ценности. Сама комбинировала, сама испытывала. Даже свои подмерзшие цветы на продажу подпаивала специальными отварами.
Цветам приходилось туго. Сначала летели самолетом, потом развозились на точки, потом мерзли, мокли, сохли — в зависимости от погоды. Продавцы колдовали над их мумификацией, умудрялись даже где-то что-то подшивать, скреплять степлерами, скотчем. Время от времени цветы увозили на реанимацию в ванную, они отдыхали ночь в холодной воде и утром были готовы радовать своей красотой и свежестью. Хоть и не очень долго.