— А что, это единственная проблема — дворы?
— Ну-у-у-у…
— Тогда вопрос снимается. Я сейчас одеваюсь, провожаю Лену к Ире, потом возвращаюсь, и все довольны!
— Здорово! — Лена чмокнула Костика в щеку. — Дядя Костя! Ты клевый!
— Я суперклевый! И я пошел одеваться!
Маргарита Петровна вздохнула. И потом уже в безмолвной тоске и печали следила за тем, как Лена натягивает старые сапоги со скошенной пяткой, как Костик швыряется в нее шапкой, а она — в него. Детский сад!
Время летит… Еще на днях Лена боялась войти в темную комнату и автоматически брала маму на улице за руку. И вот — пожалуйста. Огромная девица с волосами ниже попы. Упрямая. Восторженная. Копия папы, только молодой и женский вариант. Иногда Маргарите Петровне становилось страшно: ну как могла вырасти такая… здоровенная… из крошечной девочки, робкой и вечно читающей где-то в углу книжку? Какое отношение имеет Маргарита Петровна с ее тонкой серой костью к этой рыхлой, рыжей, конопатой, грудастой, умничающей девице?
— Шарфик не забудь!
— Не забуду!
Дверь захлопнулась.
И Костик поскакал вниз по лестнице, громко поздравляя соседей, которые тоже выползли на лестничные клетки, курили, смеялись и звякали посудой.
— Дядя Костя! Ну, поговорите как-нибудь! Мама вечно боится!
— Потому что она мама.
— Но я же ведь не ребенок!
— Для нее — ребенок!
— Мне пятнадцать лет!
— Ты говоришь это по сорок раз на дню.
— Потому что мне приходится доказывать взрослым свое право…
— На что?
— Ну, на все!
— Права отдельно от обязанностей не даются!
— Начинается!
Вышли из подъезда. На улице пахло праздником. Играла гармошка, весело повизгивали женщины. Все окна вокруг горели — удивительное зрелище! По двору гуляли пары с маленькими детьми, как будто сейчас была не ночь, а середина дня, самое время для променада. На лестничных пролетах других домов толпились тени, дергались под какую-то свою музыку.
— Дядь Кость, а ты в инопланетян веришь?
— Я даже в милиционеров не верю!
— Нет, правда! Есть жизнь на других планетах?
— Ты же у нас в доме книжки читаешь. Это у тебя надо спрашивать.
— А я у Ирки смотрела видик, там был фильм про инопланетян!
— Те, у кого есть видик — сами инопланетяне! Я, например, не то что инопланетян — видика ни разу в жизни не видел!
— Дядя Костя! А что бы ты хотел в подарок на Новый год?
— Чтобы все были здоровы!
— А еще?
— Чтобы твоя мама меня любила!
— А еще! Что-нибудь такое… Ну, настоящее!
— Настоящее? — Костик засмеялся. — Ну, если настоящее… Хочу коробку конфет! Самую большую на свете! А то мне никогда конфет не дарили, думали, что мужики их не любят!
— А ты любишь?
— А я обожаю!
— Клево!
Возле Ирочкиного подъезда толпились нарядные граждане в шубах и пальто нараспашку. Кто-то бил в бубен, и этой нехитрой шаманской музыки было достаточно для того, чтобы веселиться на полную. Женщины пьяно орали про «ваду», которая «цячэ у ярок», мужики совиными голосами пытались подтянуть, но в основном просто гремели стаканами. А над головами всех этих добрых людей клубилась смесь паров мощного алкоголя, пота, радости и жара от распахнутых душ и одежек.
— С Новым годом! — закричали из толпы. — Присоединяйтесь!
— Ну, все. Дальше без меня! — Костик подтолкнул Лену к подъезду, а сам радостно расправил крылья навстречу румяной бабе со стаканом наперевес. Когда Лена оглянулась, Костика уже засосало в центр праздника, и он с готовностью отдался веселью — над пуховыми платками и ондатровыми шапками торчали его ладони, которые вертели «цыганочку» в такт пьяному бубну.
— Давай, заходи! — Ирочка приложила палец к губам. — Только не шуми сильно! Сергей здесь! Не один! С какой-то девчонкой!
Ну, вот. Стоило сбегать из дому на территорию, свободную от взрослых родственников, если на этой территории замечен один из самых вредных взрослых — старший Иркин брат!
— Они скоро свалят! Только что по телефону с кем-то договаривался! Прикинь, в ресторан едут!
— Скорее бы! А Наташка где?
— Наташка малых спать укладывает!
— Это как?
— Ну, по телефону. Рассказывает Эльке сказку.
— А тетя Капа где? Почему она не укладывает?
— А ее, блин, снова в больницу забрали. Наташка говорит, там какая-то угроза для ребенка, а срок большой. Короче, я ничего не понимаю.
Капитолина Михайловна снова была беременна. Наташке исполнилось 15, Анжелике — 10, Элеоноре — 5. И вот новое ожидание. Сама Капитолина Михайловна по этому поводу шутила, что теперь у них на одну семью будет такое количество талонов на еду и сигареты, что можно будет загонять по спекулятивной цене… Больше никто не шутил. Но и не горевали особенно.