Массивные закрытые створки чередовались скучными прямоугольными окнами, за которыми стояли те же столы, шкафчики и консоли. Ни туалета, ни спальни. Как они тут жили? Все, кроме тусклого освещения, было выключено, когда я осматривал одну из комнат. Попробовав помахать руками перед экраном консоли, она вспыхнула приветственным экраном и появилась световая клавиатура, но большего мне как обычно добиться не удалось.
Если идея Леонида заключалась в том, что я человек и смогу воспользоваться консолью, несчастного ждал облом. Я попробовал положить руки на металлические двери и расплавить их, но толстый слой материал походил на разукрашенный камень. Да и металлом эту серебристую обшивку не назвать. Пусть мне и удалось со скрежетом оставить на ней царапину, немного сточив в процессе коготь.
— Эти ворота покрыты твердым слоем, который даже алмаз не разрежет.… Как ты его поцарапал? — и только за этим он решил возобновить диалог? Удивлялся он, удивлялся я, удивлялась вся моя семья. Однако быстро он закончил бояться.
— Слушай, Мюнхгаузен, либо помогаешь себя доставать, либо не мешаешь, — какие еще гениальные идеи освобождения можно придумать в условиях, алмазных стен и полного отсутствия управления замком? — Не видишь? У меня лапки.
— Это экспериментальный отдел, я нахожусь двумя этажами выше, — вовремя он это сказал. — И без консоли управления ты ничего не сделаешь, — еще одно ценное замечание. — Можно попробовать сделать стержень для контакта с экраном, но конструктор тоже работает через консоль, — прекрасная ни чем не помогающая идея.
— У меня таблетки сарказма закончились. Есть идеи, в которых я мог бы тебе помочь выбраться? — пока он размышлял над моим вопросом, на ум пришла старая поговорка «Клин клином вышибают». Вернувшись к разбитым отсекам, я нашел куски створок, которые оказались на самом деле не толще половины метра. Выбрав более увесистую часть и спустившись на нужный этаж, я попробовал эту непреступную крепость на прочность.
Двери даже не погнулись, но крошиться они должны были знатно. Поскольку мой инструмент окончательно развалился после третьего удара, оставив внутренний каркасный пласт гнутого ржавого железа. Еще пара заходов дали тот же результат, и так до тех пор, пока в развалинах не осталось предметов, которыми можно было что-то сделать.
— Они реконструируются, — да ты издеваешься? — Попробуй использовать перчатки от защитного костюма, — послушавшись совета, я открыл шкаф с обмундированием и оторвал рукавицу. На удивление она не сразу расплавилась в ладони, оставив проколотые когтями наперсники. Теперь осталось пройти курс по печатанью с ногтями.
— И что мне теперь делать? — опробовав ответную реакцию от экрана, я ждал ценных указаний. И не теряя времени, изучал панель управления, предназначенную для ведения наблюдения по схемам комплекса. Добравшись до вкладки позволяющей открыть двери, на экране вылез запрос подтверждения с кодовым словом. — Тут пароль!
— Попробуй «Зевс», — как просто. Не думал, что такая система защиты будет так легко отпираться. Но пароль подошел и одна из четырех створок немного взвизгнув, раскрылась.
— Ну, что красавица теперь ты можешь выйти. Злой дракон побежден! — ожидать, что кто-то встретит такого как я или выйдет, узнав, что я за монстр, было глупо. Поэтому я отправился исследовать представший передо мной коридор. И стоило мне сделать шаг за открытый проем, как дверь за мной захлопнулась. — Э-э! — До меня не сразу дошло, что произошло. На терминале я не заметил никаких таймеров, закрывающих двери автоматически, и система предполагала полностью ручное управление.
— Извини, но так будет лучше, — голос Леонида отдавал кристальным холодом. На секунду мне показалось, что говорит не человек.
— Кому лучше? Ты че сделал?… Ты же сам хотел выбраться? — я был растерян. Этот человек был психом камикадзе? — Але! — видимо, что-то повредилось у него в голове, пока он был крио-отмороженным. — Если я выберусь отсюда, ты здесь так и останешься и умрешь! — но для начала я хотел найти этого дегенерата и посмотреть ему в глаза.
— Да, я здесь останусь. Это мой удел. Но умру не раньше тебя, — смысл сказанного и абсолютное отсутствие эмоций настораживали. Мысль о том, что это от начала до конца ловушка психопата, меня не сильно тревожила. Даже если все было именно так, я все равно мог расплавить эти ворота или найти обходной путь через канализацию. Разрушить стены на крайний случай. Мотаясь с этой мыслью по комнатам, я никого не нашел.