- Жош, - окликнул я его.
Тяжело повернувшись, он расплылся в улыбки.
- А Лис, как дела?
- Нормально, - ответил я. – Скажи, здесь есть, кто может продать пару пучков травы?
- Дурмана? – уточнил Жош.
- Нет, ты не понял, - улыбнулся я, - я имею ввиду алхимической.
- Шаманской что ли?
- Как тебе будет угодно, - ответил я.
- Да есть, у Маразмата.
- Отличное имя, лучше только Маразматик.
- Не, он не любит, когда его так называют, лучше уж Маразмат.
- Прекрасно, - буркнул я, - и где его можно найти?
- В седьмом доме.
- Жош, если даже ваши дома пронумерованы, здесь их всего шесть.
- Правильно, - улыбнулся он, - а седьмой в лесу. - Показал Жош на редкие деревья.
- Да уж, спасибо.
Седьмой дом я нашел довольно быстро. Тот на самом деле стоял среди деревьев, но назвать его лесом у меня язык бы не повернулся. Деревья почти все уже были мертвы, рассохшиеся стволы, торчащие и явно мертвые корни. Да уж этот «лес» повидал не мало.
Обойдя строение по кругу я пожал плечами. Дом как дом, с виду кстати вообще не жилой, но постучав в дверь, услышал, как кто-то, шаркая тапочками, медленно идет к двери. Спустя какое-то время, щелкнул замок, и на пороге появился пожилой, худощавый, мужчина.
- Ты с пристани, - сказал он мне.
- Да, - ответил я, - мне нужны травы.
- Дурман?
Я снова улыбнулся. И почему у всех такие стереотипы?
- Нет, алхимической.
- Шаман?
- Артефактор.
- Ох, а не похож. Проходи, - отодвинулся мужичек, впуская меня.
- Не низкий и нет бороды до колен? – улыбнулся я.
Внутри было сыро, несмотря на горящую печь. Стол, сколоченный из сырого дерева, такой же один стул. Матрас, где спал хозяин дома, по всей видимости, тоже был мокрый.
- Тебе каких трав? Присаживайся.
- Спасибо, - поблагодарил я, но все же остался стоять. – Мне если есть, дровкорня, пучка три, небесных червей, столько же и кудрявого желза шесть пучков, - отчеканил я. – Это что касается растений, теперь по поводу листвы. Мешок листьев веревки, молодого ябивсора, два маленьких мешочка пыли турла и три мешочка пыли золотого ябивсора.
Мужчина смотрел на меня, любопытными глазами бывшего алхимика. Потом он опомнился и отвернувшись, начал копошиться в сундуке, который вытащил из-под стола. Сундук даже из-за спины хозяина слепил не хуже солнца. Сколько на него было наложено защитных заклинаний сказать было сложно, но то, что они испепелят любого недоброжелателя, было очевидно…
- Я могу поинтересоваться, у господина есть деньги?
- Есть, - ответил я, - Сколько хочешь за все?
Мужчина замялся. Видимо клиентов у него не было уже очень давно, а расценок он не знал.
- Ну… пару золотых. – Я засмеялся. За такой товар в Шанонире, с меня бы содрали золотых пятьдесят, и еще сказали, что делают нереальную по нынешним временам скидку.
- Идет дядя, - ответил я.
Проверив наличие всех нужных мне трав, я не мог не отметить, что товар на самом деле хороший. Вытащив из внутреннего кармана плаща кошелек, раскрыл его. Там лежала всего одна золотая монета. Вытащив ее, я положил на стол, потом залез в кошелек еще раз и достал еще одну монету, следом еще одну, еще и еще одну. Мужчина смотрел на мои действия в ошарашенном состоянии.
- За такой товар мне не жалка и пяти золотых, - съязвил я. На самом деле у меня все же получилось сделать так, чтобы деньги не кончались. А дядя, наверное, до сих пор не знает этого. Просто руны нужно было накладывать не на сами деньги, а на специально сделанный кошелек, при условии, чтобы там находилось хотя бы одна настоящая монета. Тогда вплавленные в него аж шесть различных рун копировали и множили ее. Из шести, четыре были для денег, одна от воров, и еще одна от потери. Спасибо тебе Господи за такие мозги. Сложив все содержимое в свою дорожную сумку, предварительно разбив в нее пузырек с желтой жидкостью, перекинул через плечо и отправился на пристань.
Не заходя в таверну, пошел вдоль домов к берегу. Там я встретил Волка, который укладывал свои немногочисленные вещи в шлюпку, где лежало копье Гилая и по-видимому, все его вещи. Справа находилась еще две шлюпки, одна Орла и Тигра и вторая Иша и Рагдона. Я же решил шлюпку ни с кем не делить, потому, что моих вещей в два раза больше. Положив сумку на носу лодки я накрыл ее толстой тканью, чтобы не промокла.