К нам подошла девушка-официантка. Она сначала мило улыбнулась, но потом дважды моргнула и уставилась на Матвея. В глазах отразилось узнавание, официантка побледнела, вытянулась и сжала руки в кулаки.
— Добрый день, — пролепетала она, продолжая таращиться на МаЗа. — Что будете? Кофе или что-то поесть хотите? У нас есть очень вкусные шоколадные чизкейки. Или ягодные.
— Что будешь? — Матвей посмотрел на меня, а официантка сглотнула и поджала губы, отчего я себя почувствовала неуютно.
— Я не голодна, — покачала головой, но Зимин продолжал требовательно смотреть, нахмурившись, и пришлось сдаться. — Латте с корицей и ванилью, — сказала я.
— Два чизкейка и чёрный чай, — добавил Матвей, девушка кивнула, но с места не сдвинулась. Через пару секунд всё же спохватилась и быстро ушла делать заказ.
— Не любишь кофе? — я попыталась немного разрядить возникшую паузу. Матвей продолжал молча рассматривать меня, и я не знала, куда деть взгляд.
— Не люблю.
И снова молчание.
И этот его внимательный, пронизывающий насквозь взгляд.
Девушка вернулась с заказом довольно быстро. Поставила возле Матвея два блюдца с чизкейком и чашку чая, а передо мной высокий бокал с кофе.
— Приятного аппетита, — улыбнулась она и с явным сожалением отошла от нас, вернувшись за стойку.
Одно блюдце с чизкейком Матвей подвинул ко мне. Я хоть и не просила, но отказываться не стала. Тем более, что чизкейк действительно выглядел очень аппетитно.
Я обхватила ножку бокала пальцами и посмотрела на Зимина. Его молчание заставляло меня ёрзать на стуле, и я снова не выдержала.
— Если ты переживаешь, что расскажу кому-то о том, что видела в клубе, то можешь не волноваться. Я никому не скажу, — выпалила я и почувствовала, как щёки начинают теплеть.
— Нет, я не об этом хотел поговорить. Ты ведь умная, и так никому не скажешь, — он взял вилку и отделил её острую часть кусочка своего чизкейка, но взгляд опустил лишь на секунду, а потом снова впился им в моё лицо. — Я хотел извиниться за то, как повёл себя с тобой, Лора. Мне очень жаль.
Было ощущение, что это извинение далось ему совсем непросто. Зубы были сжаты, брови напряжены и сдвинуты ближе к переносице. Словно он сам обкатывал на языке эти странные для себя слова.
А уж как это извинение удивило меня!
Я даже дар речи потеряла. И вместо ответа спряталась за бокалом с кофе, делая глоток.
Признаться, я не знала, что сказать в ответ.
Ничего? Забей?
Ну…
— Было… страшно, — честно призналась я, не уточняя, что именно. Потому что страшно было и его настойчивое предложение за шторкой, и то, что случилось после.
— Сожалею.
— М… — я откашлялась, а потом кивнула. — Принято.
— Спасибо, — Зимин тоже ответил мне коротким кивком. — А теперь ешь.
Прозвучало это как безапелляционное распоряжение, и я даже опешила немного. Но послушно взяла вилку и тоже отделила себе небольшой кусок чизкейка и положила его в рот. Шоколадный вкус был изумительным, но я неумолимо снова начинала краснеть, потому что Зимин продолжал шарить по мне внимательным взглядом. И я даже искренне обрадовалась, когда у меня в сумке зазвонил телефон.
— Извини, мама, наверное, — смущённо пожала плечами и потянулась к сумке.
— Так ответь, — чуть вздёрнул бровь Матвей, не изменившись в лице.
Я открыла сумку и стала копошиться в ней в поисках смартфона, которые вибрировал и звенел как-то слишком уж нервно.
Звонила Эля. А ещё на предпросмотре висели от неё и Жданы несколько сообщений, а в последнем было истеричное: “Ты там хоть жива????”
Звонок я сбросила, а в наш чат на троих сбросила короткое ОК.
— Извини, — смущённо улыбнулась я МаЗу, снова зачем-то глупо извинившись, и положила телефон назад в сумку, но случайно зацепилась рукавом свитера за что-то. А вытянув руку, обомлела.
Господи, ну и позорище…
Боишься?
Когда я вытащила руку из сумки, то в первые секунды не сразу заметила, что за рукав свитера зацепился мой брелок. Он выскочил из сумки и брякнулся на пол.
Я дёрнулась, чтобы его поднять, но не успела. МаЗ подхватил вещицу первым.
И всё бы ничего, если бы это ни был… он.
Точнее, его миниатюрная фигурка с гитарой в руках, которую я сделала из полимерной глины этим летом.
И получилась она очень похожей. Даже надпись “Тотем” на куртке была.
Наверное, облейся я кофе, и то было бы не так стыдно и позорно.
— Прикольный брелок, — Зимин покрутил фигурку в пальцах, рассматривая, а я ощутила, как моё лицо постепенно превращается в пепелище. — Это же я?
— Да, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.