Дыхание сбилось, я стряхнула воду и вдохнула глубже и чуть легче. Но тут же вздрогнула от резкого громкого звука — рядом на столешнице зазвонил мой телефон.
Он лежал вниз экраном, белый на белой столешнице, потому я сразу его и не заметила! Но тут же схватила и увидела, что звонит незнакомый номер.
— Слушаю? — прижала к уху.
— Добрый день, — сказал мужской голос. — Лора?
— Да, это я, — сбивчиво ответила в ожидании, что он продолжит.
— Я Максим, таксист. Мне сказали отвезти вас домой. Я жду у подъезда, вы готовы спуститься?
Я быстро заморгала, ощущая, как напряжение немного начинало отпускать, но тут же встрепенулась.
— Я… готова, но вряд ли смогу выйти, я не знаю код двери квартиры.
— А, да! Простите. Код: четыре один двенадцать. Я припарковался у шлагбаума. Поездка уже оплачена.
Всё ещё держа смартфон у уха, я подошла к окну и выглянула из-за шторы, не уверенная, что окна выходят на ту сторону, где ждёт машина. Но тут же заметила на выезде из двора шлагбаум и припаркованный за ним белый внедорожник. Что ж, это явно не эконом, если это вообще, конечно, такси.
Последняя мысль вызвала напряжение, но я сказала себе, что Зимину точно незачем подсылать ко мне странную машину, если я и так нахожусь у него взаперти. Или не у него, но с его ведома.
Незачем же? Правда?
Так или иначе выбора у меня всё равно не было. Можно было попытаться выскользнуть из квартиры и сбежать, но я отмела эту мысль. Если бы со мной хотели сделать что-то плохое, то сделали бы это, когда я была без сознания, а не укладывали бы в постель в шикарной квартире.
Я было метнулась за своими босоножками, рядом на столике заметила свою небольшую сумочку, но застыла, увидев себя в большое зеркало. Платье снова показалось мне слишком откровенным, особенно для дня. На кого я похожа в нём вообще?
Неудивительно, что Матвей вчера предложил мне…
При воспоминании о том, как он отвёл меня за шторку и непрозрачно намекнул на продолжение, у меня моментально пересохло во рту, а щёки обожгло жаром. Губы словно снова ощутили его грубый горячий поцелуй, прервавшийся из-за тех выстрелов.
Что было бы дальше, если бы не эта суматоха?
Ох…
Я снова посмотрела на себя в зеркало и, помедлив, взяла толстовку МаЗа, которую он вчера сказал мне надеть. Чувствовала себя воровкой, но ведь он не забрал её. Может, специально оставил?
Я пообещала себе, что обязательно верну Матвею его вещь, если представится возможность, натянула его толстовку, взяла свой телефон и поторопилась скорее отсюда.
Было
— Лора! — Эля подскочила с места, едва я вошла в нашу с ней комнату в общежитии. — Ты где была?! Я звонила тебе! Раз сто, наверное!
— Прости…
Я виновато посмотрела на подругу, она же покачала головой.
— Ты вообще адекватная? — спросила мягче. — Почему не отвечала? Где ты была? Всё в порядке? Интернет гудит, что вчера на концерте была стрельба, я тут едва с ума не сошла! И… — Эля прищурилась, зацепившись взглядом за толстовку МаЗа на мне. — Что это на тебе за вещица?
— Это… Зимина, — я решила не врать ей. Зачем?
Эля замолчала так внезапно, что меня оглушило тишиной. Она несколько раз быстро моргнула, открыла рот, потом захлопнула его и свела брови.
— В смысле… Матвея Зимина? — медленно проговорила она.
— Угу, — я кивнула и облизнула губы.
— Которую ты… случайно нашла? — с сомнением, всё так же медленно выдавила моя соседка.
— Нет, — я пожала плечами. — Он сам дал мне её. Я выиграла свидание с “Тотем”, это как бы долгая история…
Договорить мне Эля не дала. Она завизжала так внезапно, что я вскинула руки, чтобы заткнуть ладонями уши. Эля же бросилась ко мне, обняла, потом, продолжая громко вокализировать, запрыгала на месте.
— Ого! Ого-го-го!!! — пищала она. — Ты с ним! Нифига-а-а! Нифига себе!
Попав под эмоциональный поезд по имени Эля, я застыла, пережидая эту атаку. Так было безопаснее.
Эля пару раз хлопнула в ладоши, а потом замерла, заговорщически прищурилась и прошептала:
— Ты с ним переспала?
— Что? — мои щёки тут же вспыхнули жаром. — Нет!
— С кем она переспала? — в комнату вошла Ждана, наша третья соседка.
— Да ни с кем я не спала! — закатила глаза я, а Ждана разочарованно поморщилась.
— Но ты пришла в его толстовке! — недоверчиво возмутилась Эля.
— В чьей толстовке? — недоумённо уставилась Ждана.
— В толстовке Матвея Зимина! — Торжественно объявила Эля, и мне захотелось её стукнуть. Зачем же так громко? Вся общага в курсе сейчас будет.
Лицо Жданы вытянулось, глаза округлились. Она кашлянула, но, слава Богу, не была такой эмоциональной, как Эля.
— Хорошо, что не в толстовке их барабанщика. А то я бы расстроилась.