- Объявление для всех, второй раз повторять не буду. Кто в теме – могут продолжать глушить конину. Макаров не пропадал. Макаров живет по прежнему адресу и номер телефона не менял!
- А еще Макарова из универа отчислили, - хохотнул Ванька.
- И Макаров по уши втрескался, - добавил еще кто-то, кого Алиса запомнить не успела, да и не смогла бы при всем желании – слишком велик оказался поток лиц для одного вечера. В этот момент все эти лица дружно обратились к ней.
Она улыбнулась (старалась весело, а получилось так, как получилось) и под видом неотложного дела шмыгнула на кухню, чтобы наткнуться там на Нину. Та почти по-хозяйски колдовала у стола, раскладывая закуски на поднос, и периодически подбрасывала что-то под стол, куда из гостиной передислоцировался прибалдевший от количества народу Францевич. Не поднимая головы, но явно понимая, кто вошел, Нина негромко проговорила:
- Было бы лето – было бы проще. Махнули бы на шашлыки…
- Помочь? – спросила Алиса.
- Нет.
И вместо того, чтобы продолжить заниматься, чем занималась до этого, Нина подняла глаза и так посмотрела на нее, что хоть под землю провались. Алиса не провалилась. Но из-под самой земли, куда, возможно, и стоило провалиться, если знать все заранее, восстал демон противоречия.
- Я тарелки в буфет переставила, - заявила она, забрала со стола поднос и деловито потопала обратно в комнату, где в этот момент, сунув руки в брюки, какое-то новое лицо, которого она раньше не видела, несколько старше остальных, стояло перед полуразмытой стеной и говорило:
- А есть в этом что-то такое… нетривиальное… Если доделает…
- Ценитель прекрасного, Вениамин Громов, - хохотнул Ванька. – Явился!
- Ну, ценитель – не ценитель… а я у себя в кабинете что-то в этом роде сделал бы. Илюха, одолжишь?
- Хрен тебе, - отозвался Макаров, подлетел к Альке и перехватил у нее поднос. Следом вошла и Нина с самой благодушной улыбкой на лице. Но взгляд ее продолжал сверлить Алькин затылок, чего та не могла не чувствовать.
- Пока оно не закончено, трудно что-то сказать, - прошелестела она. – А смыли зачем? Передумали?
- Мышь! – рявкнул Илья.
- Передумала собор на мурале делать, - пояснила Алиса как ни в чем не бывало и обернулась к Нине. – Может, ваш портрет сделаю.
- Нет уж! – улыбнулась Нина и прошла в комнату, устраиваясь в любимом Макаровском кресле. За этим ее дефиле не без улыбки следил Вениамин, потом обернулся к Алисе и окинул ее внимательным взглядом. Подошел ближе и мягко проговорил:
- Что бы тебе ни болтали, а у тебя получается. Здо́рово!
- Правда? – переспросила Алиса. – А подскажете, что на мурале сделать?
- Твой же мурал, сама и думай. Можешь город в городе нарисовать.
- Угу, - пробормотала Алиса, - подумаю.
Она отошла к дивану, стараясь выпасть из общего поля зрения. Внимания на ближайший час ей было более чем достаточно. И старалась не смотреть на Нину, которая безошибочно определяла любое место, где в данную минуту находился Илья. Это странным образом раздражало. Раздражение несло за собой необдуманные поступки – выпитая рюмка коньяка обожгла горло.
Илья, между тем, странным образом умудрялся оказываться везде и сразу, при этом нигде не задерживаясь. И почти не приближался к Альке. Врубил музыку, и отдельные личности поперлись танцевать. Кто-то болтал об учебе и работе. Ванька шумно агитировал ехать то ли в Крым, то ли в Сочи на какой-то фестиваль весной. «Мы с ребятами тоже будем играть!» - аргументировал он. Ванька, как выяснилось, был музыкантом. Каким-никаким. Больше, конечно, никаким, как он сам утверждал.
- Когда только успеваешь все? – хмыкнул Илья, но ответ, кажется, не дослушал. Уже отвлекся на трындеж Веника, предлагавшего более близкие перспективы – завалиться то ли в клуб, то ли на чью-то вечеринку.
Потом Алиса расслышала на чью. Нина, с улыбкой глядя на Илью, тихо спросила:
- И что за чушь – поругались? С собственным братом? У него днюха, Макаров! Вы никогда не пропускали праздников друг у друга.
- Ну, поругались. Но разберемся сами, Мышь. Не лезь, - проворчал в ответ Илья.
- Главное, вовремя, - хмыкнул кто-то из остальных, кого Алиса еще не запомнила. – Ты пропал, его нет. Со скуки подохнешь.
- Тебе бы все веселье…
- А то нет? Та я без игрухи вашей загнусь скоро. Чья там сейчас очередь? Что за задание?
- У нас пауза.
- Пауза? – Веник приподнял бровь и криво усмехнулся. – Нин, слыхала? Пауза! Они временно прекратили дурака валять.
Совершенно неожиданно Алисе открылась истина: зная, что Илья и Никита – близкие родственники, она ничего не знала об их отношениях. После вспышки Ильи относительно излишних ухаживаний Никита больше не бывал у них. Но Алисе, в попытках выжить среди родительских мнений, было не до того. А оказывается… «поругались». «Игруха», «задание», «очередь» …