Победа была полной. Лишь небольшие группы печенегов сумели избежать мечей русов и плена, разбежавшись в разные стороны.
Три дня Святослав праздновал у стен Березани победу вместе со своим войском и справлял тризну по погибшим. На радостях он отпустил сына хана Иргиза Курю с небольшим числом соплеменников, договорившись, что остальных пленных печенегов хан Иргиз выкупит или обменяет на пленных русов. Не знал князь Святослав, а волхвы и боги не подсказали ему, что через восемь лет у Днепровских порогов хан печенегов Куря, убивший своего неудачника-отца и братьев, чтобы ни с кем не делить свою власть, с большим войском встретит возвращавшуюся из Болгарии ослабевшую от голода и болезней русскую дружину и собственными руками добьет раненого князя Святослава. Из его черепа будет сделана чаша, окантованная золотом, из которой Куря будет пить кумыс, впитывая в себя таким образом силы и доблесть доселе непобедимого полководца.Глава 19
В Царьграде в это время империей ромеев правил басилевс Никифор II Фока, происходивший из могущественного и знатного рода Фок. До этого он командовал армией, успешно сражавшейся против арабов в Азии. Императором он стал после неожиданной смерти басилевса Романа Второго в августе 963 года от Рождества Христова, оставившего после себя двоих малолетних сыновей и красавицу жену Фиофану. Никифор Фока прибыл в Царьград на похороны своего повелителя уже в звании императора, каковым провозгласило его преданное ему войско. Он поклялся во время коронации перед патриархом Византии и синклитом, что не станет посягать на законную власть наследников, однако власть все-таки узурпировал. После чего женился на вдовствующей императрице Фиофано и почти сразу же снова отправился в Малую Азию воевать с арабами. Туда-то весной 964 года и дошла до него весть о том, что законный властитель Киевской Руси князь Святослав вернулся с севера с большим войском, вступил в Киев, уничтожил власть наместника каганбека Хазарского, убил самого наместника, истребил его войско и всех иудеев, обосновавшихся в городе. Никифор отлично понимал, что Итиль не потерпит своеволия Святослава, и если не в этом, то в следующем году предпримет поход на Киев с огромным войском. Помочь сейчас Святославу, значит обрести верного союзника в борьбе не только с Хазарией, но и с варварскими племенами мисян (болгар) и угров (венгров), которые постоянно устраивают набеги на северные области империи, опустошая города и селения, уводя в рабство подданных басилевса. А посему, исполняя договор между Русью и империей, заключенный его предшественником на Византийском троне Константином Багрянородным, Никифор Фока отправил в Киев посольство во главе с Калакиром, знатным горожанином Херсонеса, столицей крымских владений Византии, присвоив ему случаю высокое звание патрикия.
Дело требовало поспешания, инструкции Калакиру были посланы кратчайшим путем – с Анатолийского побережья через Море Понтийское в Крым на быстроходной галере. И Калакир собрался не мешкая, погрузив на галеры около полутонны золота и большое количество оружия. Посольство благополучно вошло в Днепровский лиман, поднялось вверх по течению, миновало Днепровские пороги. И хотя небольшие отряды кочевников то и дело пытались атаковать движущиеся по реке галеры, чаще всего во время ночевок, все их попытки были отбиты, не задержав ни на день поспешное посольство.
До Киева оставалось менее одного перехода, когда Калакир от зазевавшихся рыбаков, тянущих сети, выведал, что Святослав со своею дружиной находится неподалеку, охотясь на всякую дичину, какая ни попадется.
Святослав, вернувшийся в Киев из похода на печенегов, довольный и своим войском и самим собой, устроил по случаю победы многодневные празднества, с принесением обильных жертв Перуну и прочим богам, даровавшим ему и его войску такую удачу. Богатую добычу разделили между дружинниками и ополчением, между порубежными князьями и воеводами. Князь не жалел золота и серебра и на укоризненные взгляды и слова матери, княгини Ольги, что не следует так разбрасываться, весело отмахивался: