Он присел, взялся за рычаг и сделал два рывка. Конструкция оказалась подвижной и угол наклона сразу стал гораздо меньше.
— Так лучше. Попробуй встать и начинай сразу идти. Она движется под твоим весом, скорость зависит от того идёшь ты или бежишь. Ты сама её толкаешь от этого тренируются передние и задние мышцы ног. Даже лучше чем от бега. Постепенно угол наклона будем повышать, но пока ты слабая, этого достаточно. У тебя час, иди, беги, хоть ползи как улитка но раньше одиннадцати не останавливайся. Он указал на часы на стене, показывающие десять утра, и пошёл к выходу.
Хорошо, что он оставил меня одну. Обойдя кругом приспособление для бега, попробовала сделать как советовал подмастерье, наступить и сразу начать идти. И опять улетела на пол. Так, а это уже интересно. Вторая попытка не удалась, и третья. Я уже отбила все колени, ладони саднили, но я упрямо пыталась встать на полотно. С пятой попытки получилось, правда я с перепугу сразу побежала. Полотно легко заскользило под ногами. Оно оказалось таким жёстким, что казалось будто бегу по земле на небольшой пригорок, так что через пару минут я уже запыхалась, а бежать мне предстояло долго. Казалось минутная стрелка предательски стоит на месте.
Вскоре ноги загудели, легкие горели огнём, спину ломило, равновесие держать было очень трудно и я, запутавшись в ногах, опять улетела на пол. О благословенный холодный пол. Прижавшись к нему разгоряченной щекой, полжала недолго, потом прижалась другой щекой. Глянула на часы, стрелка показывала половину одиннадцатого. Кое как встав полезла обратно. На этот раз я встала на полотно с первой пытки и уже не бегом а пошла ровным шагом.
К тому моменту, когда вернулся Валь я с жадностью смотрела часы, еле переставляя ноги. У нас в деревне даже гуси быстрей ходили, но я выдержала положенное время и ужасно собой гордилась.
— Всё хватит, ты молодец. — Он помог сойти с пыточного устройства и придержал чтобы не упала. — Теперь пошли подтягиваться.
Чтоооо? Это ещё не всё?
Тем временем парень подошёл к стене, дернул за два кольца. Оказалось они цепью прикреплялись к двум железным трубам. Те отошли от стены и легли в пазы прибитых к стене треугольников. Теперь кольца оказались в метре от стены. Валь легко подпрыгнул, схватился за них, пару раз подтянулся, проверяя прочность и спрыгнул на пол.
— Теперь ты.
Я смотрела на него с ужасом. Наставник рассмеялся.
— Давай, давай, — он начал подталкивать меня в спину. — Ты лучница, руки должны быть сильными. Хочешь подсажу?
Он потянулся схватить меня под рёбра, но я увернулась, подошла ближе, посмотрела снизу вверх на кольца, примерилась, подпрыгнула и повисла, дрыгая ногами.
— Теперь подтягивайся сколько сможешь.
— Я тебя ненавижу.
— Толи ещё будет. — Рассмеялся подмастерье. — Давай подтягивайся.
Я подтянулась три раза, и чувствуя себя мешком набитым песком рухнула на пол.
— Всё, на сегодня хватит. Отдыхай. Приходи сюда завтра к восьми часам и больше не опаздывай.
Выползая из спортзала, как назвал его Валь, я чувствовала себя разбитой старухой. Встретившийся по пути в жилой дом, Лорн, несущий вёдра с водой на кухню, сочувственно улыбнулся.
— Ты быстро привыкнешь, только не ленись. Это для твоей же пользы.
Буркнув невразумительное, что со мной всё нормально, доплелась до своей комнаты, на обед и правда идти было рано, а вот в душевую в самый раз. Льняная блузка на мне промокла и прилипла к спине. От текшего градом пота даже край штанов был мокрый. Ох не просто так Сарина выдала мне их с избытком. Видимо знала что так будет. Зато я была ей благодарна за сапожки. В моей обувке я бы давно ноги в кровь стёрла, а в этих ступни болели, но ни одной мозоли.
Собрав чистые вещи и полотенце, отправилась купаться, и опять пришлось таскать вёдра с водой. Я так поняла, тут вообще правила простые, если что-то хочешь — делай сам, никто помогать не обязан.
Послеобеденный час отдыха я посвятила наведению уюта. Развесила шторы и балдахин. Сходила опять в прачечную, погладила вчерашние блузку с юбкой. И выпросила у Сарины большую корзину с деревянной крышкой из под прошлогодних яблок. Буду в неё в прачечной складывать потную одежду и стирать хотя бы раз в два дня. Если делать это чаще, сотру руки щёлоком, а я чувствовала им будет доставаться и без едкого мыла.
И всё время думала, чему будет учить меня Тьяна.
Оказалось много чему.
— И так, начнём. — Она опять усадила меня за письменный стол, где ждала внушительная стопка листов и полная чернильница. — Я буду диктовать, ты записывать, потом возьмёшь листки и будешь вечерами заучивать. На следующий день рассказываешь наизусть что выучила и я буду давать новую информацию. Понятно?