Фильтры, к слову, тоже остались у ящеров. Наверное, уже погребены под толстым слоем пепла. Интересно, остался кто-то из чужаков в живых или нет? Если да, то их судьбе особо не позавидуешь. Разве что за ними спустятся с орбиты, не зря же у них был челнок с возможностью летать в ближний космос.
Вода, вот о чём надо было сейчас думать. Если без еды ещё худо-бедно можно функционировать несколько недель, то без воды совсем скоро ты станешь ни на что не способен. Галлюцинации, агония и смерть.
И, пускай, с собой нет обеззараживающих таблеток, что остались вместе с таким питательным шпиком и галетами в рюкзаке, в обычном ручье с ключевой водой вредных микроорганизмов должно быть не так много, как в стоячем водоёме. В любом случае ты получишь дополнительное время. А дойдёшь до края, так и из лужи будешь пить.
Вода здесь есть. Не может не быть. Такая красочная сочная растительность не растёт в засушливых местах. Вон, какая трава, цветы, деревья опять же. Надо присмотреться к ним, вдруг некоторые подойдут в пищу. Есть риск, что кишечник не примет неизвестный плод или орех, но правило «не бери гриб, если он тебе не знаком» сейчас следует ослабить, хотя бы, потому что иного выхода, как испытать еду на самом себе, у тебя нет.
Из травы показалась пятнисто-полосатая мордочка какого-то юркого животного, внимательно всмотрелась в Плетнёва любопытными чёрными глазками и снова исчезла в колыхающемся разнотравии. И, судя по разбегающимся во все стороны от человека по траве волнам, похоже было, что зверюшка там была далеко не одна.
- Мясо, - зачем-то произнёс вслух Алексей, отметив про себя, что у животного было два глаза, а не восемь, как у паука. Вероятность того, что их можно употреблять в пищу значительно возросла. Значит, при желании и некотором умении их можно будет поймать, а то и подстрелить. Плетнёв невольно погладил ладонью автомат трофейный автомат.
Но ещё больше его внимание привлек тот факт, что зверьки, отбежав от него, снова высунули две головы из травы и, убедившись, что человек продолжает свой путь, сиганули от него в стороны, продолжая держаться на почтительном расстоянии. Умные, держат тебя в поле зрения, близко не подходят, значит, считают тебя источником потенциальной опасности.
Как там говорил Василий – найти жену из числа туземок? Если верить его словам, мир был обитаем, вот только пока никаких признаков деятельности человека совсем не заметно.
***
Через несколько часов пути от холма к холму, от леска к леску жажда уже не хотела оставлять Алексея даже на какие-то жалкие несколько минут. Он постоянно думал, что хочет пить, и в голове крутились картинки того, как он с разбегу прыгает в прохладный водоём, ныряет, выныривает и пьёт, пьёт, пьёт.
Когда он последний раз пил? Когда они с проводником наблюдали за базой чужаков, как думали, будучи для них незаметными. Сколько времени он был без сознания он не знал. Но в этом мире он провёл чуть меньше суток. Здесь не так жарко и душно, как в предыдущем, но это даёт лишь краткую отсрочку, которую надо использовать максимально с пользой.
Но вокруг, как назло, несмотря на буйную растительность, не было и намёка хоть бы на мало-мальски тоненький ручеёк. В определённый момент он присмотрел наиболее толстые и, как ему показалось, сочные листья, некоего кустарника, и попытался их пожевать, чтобы из них выделился сок – всё без толку! Сок оказался настолько горьким, что пить захотелось ещё сильнее, и хорошо, если только пить! Алексей с настороженностью прислушивался к собственному организму, но, не распознав кроме горечи никаких симптомов возможного отравления, он пошёл дальше, стараясь держаться направления по солнцу.
Что же, в крайнем случае, можно напиться крови подстреленного животного. При этой мысли его передёрнуло. Но время неумолимо тикало. Голод голодом, а вот жажда куда страшнее.
Чтобы окончательно не сбиться с заданного направления, он старался идти по прямой, обходя холмы только в самом крайнем случае. Но если быть честным перед собой, то ошибка даже в один градус может увести его на сотни километров в сторону от потенциальной точки перехода.
То спускаясь, то поднимаясь на очередной поросший деревьями холм. Иногда он останавливался и тщательно прислушивался, не слышно ли где журчания бегущего ручейка или бьющего из-под корней дерева ключа.
Но судя по всему, если вода, питающая корни местных платанов здесь и была, то онанаходилась глубоко под землёй. И совсем не факт, если он вдруг начнёт копать, что он сможет быстро наткнуться на водоносный слой.