Но ведь животные-то пьют! Не могут не пить! Неужели они получают всю воду вместе с пищей? Плетнёв вроде слышал про таких на Земле, но там были другие, которым вода нужна была позарез! И чем больше было животное, тем больше оно нуждалось в воде. Не может быть, чтобы такие крупные звери, как те, что пряталась от него в траве, или тот флегматичный тапир, на которого он натолкнулся в зарослях, не пили воду. Алексей никогда не видел тапира, но почему-то именно это название всплыло у него в голове, когда он чуть не налетел в очередном леске на животное с полосатыми ногами и чепрачным окрасом, флегматично обдирающее с ветвей сочную листву.
Внезапно подувший со стороны Алексея ветер, заставил тапира как бы нехотя повести носом, заодно навострив уши. Фыркнув своим странным носом, он вынудил появиться из кустов ещё пару таких же голов, но размером поменьше. Все они посмотрели в сторону Алексея, и словно бы не найдя его слишком опасным, стали не спеша удаляться, продираясь через кусты. В принципе, при их размерах им действительно нечего было опасться.
Холмы, тем временем, становились всё более пологими, и платановые рощи сменились густым кустарником и деревьями поменьше, уже более похожими на земные, если не считать больших листьев. Видать, климат здесь был довольно мягкий. Местами над этим морем растительности подобно корабельным мачтам возвышались стволы деревьев, напоминающих сосны с пышной макушкой. Похожие деревья Алексей видел в мире громил. Хотя нет, те больше походили на секвойи, а эти не были такими гигантскими.
И, тем не менее, вода. Нужна была вода. Пить хотелось уже совсем по страшному. К тому же горечь во рту от пережёванных в ходе вынужденного эксперимента листьев и не думала никуда деваться.
Если есть тапиры, то должны быть и тропы, по которым они ходят, так? Возможно. Но не обязательно. Это могли быть залётные, кочующие зверюги. Они, кстати, поступали по уму, оставаясь в тени платанов в самый разгар дня.
Удивительно, но никаких зверей, которых можно было бы принять за хищников, он так до сих пор и не встретил. Этот мир с его растительностью, цветами, лесами и безобидным, на первый взгляд, животным миром, вполне мог тянуть на звание райского сада. Разве что без воды, чтоб её!
И в этот момент он услышал звук, который поначалу принял за слуховую галлюцинацию. Где-то совсем рядом текла вода. Алексей закрыл глаза, прислушался – звук никуда не исчез. Где-то, судя по приглушённому и теряющемуся в шелесте листвы журчанию, явно тёк ручей или небольшая речушка.
Приметив большое дерево с раздвоенным стволом, которое находилось по направлению его движения, Алексей пошёл на звук текущей воды, который усиливался с каждым шагом.
Длинношее копытное с пятнистой шкурой и почти таким же носом как у недавно увиденного тапира, осторожно пило воду, то и дело, поводя ушами в разных направлениях. Оба глаза тоже старались держать окружающее пространство под визуальным контролем.
Увидев вывалившегося из-за кустов уставшего человека в изодранной одежде, животное шарахнулось в сторону, но остановилось, замешкавшись и глядя, как тот падает на колени прямо в ручей и начинает жадно глотать холодную воду. Но поразмыслив своими небогатыми, но всё же более развитыми мозгами, чем у приснопамятных крокодиломорфов, решило не испытывать судьбу и довольно скоро скрылось в таких же кустах, но уже на другом берегу, перепрыгнув ручей одним махом.
Значит, хищники здесь всё-таки есть, решил Алексей, иначе зачем бы это носатой косуле-переростку, или кто она там есть, вести себя столь настороженно. Или люди, аборигены, туземцы. Но при всём при этом, на него встреченные животные реагировали довольно сдержанно. Думал он, не прекращая пить, пить и пить.
Потом, когда в желудке уже не оставалось ни кубического сантиметра свободного объёма, он снял кепку, и, фыркая от удовольствия, стал умываться, а закончив, уселся прямо в сырой песок на берегу ручья.
Он тяжело дышал, испытывая самое настоящее блаженство человека, который смог утолить мучившею его жажду. Он поднялся и осмотрелся, на ближайшем дереве заметил плоды, размером и формой более всего напоминающие мелкие баклажаны. Рука сама собой потянулась к ним. Ну, раз попил, то почему бы и не поесть. Разве может быть чем-то опасен баклажан? Попробую на зубок, подумал Алексей, самую малость, посмотрю, как пойдёт. Выбора всё равно нет.
- Вот уж воистину пути господни неисповедимы! – Алексей невольно вздрогнул, услышав за спиной голос, произносивший слова на чистом русском языке. Приветствие сопровождалось до боли знакомым звуком автоматного затвора, отправляющего патрон в патронник. – Отбрось оружие, руки подними, и кулаки не сжимай. Повернись.