Показалось? В таких-то сумерках не удивительно! Или лучше перестраховаться?
- Ярик, Антон – за мной, Вася – замыкаешь, всем быть начеку, и приготовить оружие!
Глава 4
Алексей, конечно же, видел Анну ещё не раз, но их общение ограничивалось дежурными улыбками и изображением дружелюбия. С одной стороны, у Плетнёва уже была своя семья: красавица жена и двое детей. С другой стороны - в отношениях с Анной оставалась такая недосказанность, что хоть с Марианской впадиной сравнивай!
При каждой встрече она была непременно дружелюбна и улыбчива, а он не понимал, как это воспринимать. Несколько раз он пытался завести разговор и намекал на прошлые отношения, мол, надо бы обсудить, что между ними было и далеко не только в плане личного, но Анна всегда ловко и как-то непринуждённо уходила от разговора, и каждый раз спустя какое-то время Плетнёв понимал, что он опять остался ни с чем. И ведь ему просто хотелось поставить точку и разложить всё по полочкам, учитывая, что у него из жизни вычеркнули целый отрезок времени, который он элементарно не помнит. Да и его ли это была жизнь?
А ведь он действительно не помнил. Вернее, сначала помнил всё чётко и ясно, а потом память о событиях стала рассеиваться подобно яркому сновидению, впечатления о котором утекали словно вода сквозь решето, стоит лишь разомкнуть глаза поутру. Вот оно было - а вот его уже и нет! Лишь отблески да намёки, что с ним что-то случилось тогда в гостинице, и он помнит только о том, что было между ним и Анной. Но тогда произошло ещё что-то, будто бы он всего за несколько часов прожил целую жизнь, как это обычно и бывает во сне, вот только был ли это сон? Да и жизнь была вроде как не его.
Поначалу в голове вообще царил сумбур и какая-то каша из воспоминаний, в том числе, как бы это странно не звучало, о событиях, которым ещё только предстоит сбыться. Потом всё затихло, окружающая реальность взяла своё.
Перед самой вылазкой в Мёртвую долину, он вновь наткнулся на Анну в госпитале, где она, как правило, занималась своими медицинскими делами, официально находясь в должности врача. На кабинете были написаны имена совсем других медиков, поэтому он даже не подумал, что может внутри столкнуться с ней. Он даже не посмотрел на женщину в голубом врачебном костюме, что сидел за столом перед монитором открытого ноутбука. Очередной специалист от Комитета, который должен провести дежурный осмотр и дать заключение, что он физически готов к заданию.
С некоторых пор, руководство Комитета предпочитало при наличии времени проводить такие осмотры своих сотрудников. У психиатра Плетнёв уже побывал. Тот на него долго и упорно смотрел, задавал странные вопросы, которые, по всей видимости, должны были показать, не выкинет ли лейтенант чего-нибудь нестандартного, оказавшись вовне. Особенно после того, с чем ему пришлось столкнуться там в прошлый раз. Да и случаи нештатного поведения тоже уже имели место: один человек пропал в Саванне, когда находился на часах; потом нашли подтверждение, что его не съела какая-то местная тварь, а он осознанно покинул лагерь и ушёл в неизвестном направлении. Куда ушёл, зачем – так и осталось тайной. Другой решил вдруг начать выяснять отношения с членами группы, находясь в мире громил, и чуть не подставил всю группу под удар... В общем, всякое бывало
- Готовишься к очередной вылазке? - спросила Аня, подняв свои яркие глаза на вошедшего посетителя. - Давно надо было ввести эту практику, а не только обследовать по возвращению.
- О, привет! – Запнулся Алексей, когда спустя мгновение узнал её. Всё-таки не ожидал он её увидеть. - То есть здравствуйте!
Собственно, то, что лейтенант застал в кабинете не тех специалистов, имена которых были на двери, не являлось чем-то удивительным, тем более, учитывая то, куда он собирался. Значит, эти люди либо не посвящены в работу Комитета, либо были просто заняты в этот самый момент чем-то другим, возможно более важным, чем обследование очередного любителя шастать по чужим мирам. Поэтому их и подменила Анна, а уж она была погружена в работу Комитета по самую голову. Об уровне её допуска к делам организации Плетнёву оставалось лишь догадываться. Правда раньше при аналогичном осмотре он с ней никогда не сталкивался.
- Давай без лишнего официоза, всё-таки мы не чужие люди, - улыбнулась она своей обворожительной улыбкой, и у Плетнёва засосало под ложечкой, а в голове тонкой иглой кольнула совесть, мол, не забывай, ты женат и у тебя дети! Было в ней нечто такое, от чего мужчины просто теряли голову, и она этим умела искусно управлять.