Анна молчала чуть дольше обычного.
- Хорошо, путешественник во времени, - наконец, тихо сказала она, улыбнувшись. – Приходи завтра в полдень в перевязочную, я буду тебя ждать, Павел Егорович. Расскажешь мне обо мне всё, что не успел сегодня. Там и посмотрим, что ты за посланник такой… из будущего.
Она поднялась на ноги, оправила платье и передник.
- А если, - Алексей повёл взглядом по палате, - они слышали наш разговор?
Анна, сложив кисти рук в замок перед собой, спокойно оглядела кровати со спящими офицерами.
- Они решат, что им всё приснилось, - просто сказала она, и у Алексея приятно закружилась голова. Он почувствовал, что проваливается в сладкий сон, в котором так нуждался за последние дни штабс-капитан Платонов. – Поговорим завтра, Алекс.
И он уснул, рухнув головой на перьевую подушку.
***
Алексей помнил, как он пришёл на перевязку, как и было условлено в двенадцать по полудню. Помнил, как Анна снимала с него старые бинты, которые успели присохнуть к ране, и она, приложив к нему тёплую мягкую ладонь, сделала так, что ноющая ноль в боку и голове внезапно почти исчезла, оставив после себя лишь лёгкую тень.
Анна задавала ему вопросы, а он ей отвечал, но, - чёрт возьми! - он не мог вспомнить, о чём они общались! Всё было словно во сне, который после пробуждения, утекает из памяти, словно вода сквозь пальцы.
Он испытывал злость. Даже не в отношении Ани, а по отношению к себе, из-за того, что ощущал себя живым контейнером для передачи информации. Некоего секретного послания, отправленного из будущего в прошлое, но которое ему знать не положено. Он всего лишь инструмент, способ доставки. Гонец с запечатанным свитком.
И почему она сама не может переслать своё сознание в прошлое, чтобы передать себе всё, что нужно? И может быть, она не ошиблась, забросив его ещё дальше в прошлое, чем в прошлый раз? А что, думал Алексей, а вдруг получив данные и более близкого прошлого, она решила подправить что-то в более дальнем? С другой стороны, она же сама сказала, что изменить ничего невозможно. Или почти невозможно?
Внезапно, Алексей понял, что вновь осознаёт себя. Нет, пока всё ещё в теле штабс-капитана Платонова, но туманный морок беспамятства, который навела на него Анна, уже испарился, оставив легкое ощущение пустоты в голове. Мир вокруг снова наполнился звуками, характерными для госпиталя: стуком инструментов, криками раненых, запахами спирта и лекарств, ярким солнечным светом, падающим в высокое окно в деревянной раме.
- Сколько мировых войн пережило человечество? – вдруг спросила Анна, продолжая накладывать накручивать бинт на торс штабс-капитана. Ловко разорвала полоску бинта на две шириной поуже основного полотна, завязала прочным узлом.
- На момент моей отправки сюда, две штуки, - рассказал Алексей. - Первая мировая закончилась в 1918-м году, Вторая началась в 1941-м (точнее, в 1941-м Германия напала на СССР, а до этого в 1939-м на Польшу), завершилась она в 1945-м победой союзников, то есть СССР, США и Британии.
- СССР? – не поняла Анна.
- Государство, что пришло на смену Российской Империи в результате революции. Союз Советских Социалистических Республик.
- Этого в послании не было. Хотя и могу догадаться почему.
- Вторая Мировая запомнилась первым применением боевого ядерного оружия, - добавил Плетнёв, поведя плечом, приноравливаясь к свежей повязке.
- А это что такое? - не поняла Анна.
- Думал, что ты знаешь, - не поверил Алексей.
Анна отошла к раковине и стала мыть медицинские инструменты, которые использовала при перевязке штабс-капитана.
- Ты забываешь, что твоя Анна и я – мы всё-таки разные… - она запнулась, словно подбирая слово, - люди. Так же как ты двадцатилетний будешь отличаться от тебя тридцатилетнего. А разница будет, поверь.
- Да, конечно, - согласился Алексей, - всё время забываю, что то, что для меня будущее, для тебя прошлое.
- Не совсем так, ну да ладно, - Анна улыбнулась, почти так же, как он запомнил, встала перед ним, закончив осмотр и проверив новую повязку.
- В общем, ядерное оружие… - продолжал Алексей, накидывая китель, и тоже поднялся с табурета, - если кратко, то одна боеголовка может уничтожить миллионный город. Основано на делении ядра атома. Помимо образования сильнейших взрывной волны и термического воздействия приводит к радиационному заражению и лучевой болезни.
Она смотрела на него молча, внимательно выслушивая краткое объяснение Плетнёва о принципах действия ядерного оружия, и Алексею даже показалось, что он видит отражение ядерного взрыва в её серых глазах, такой серьёзной она сейчас была.
- И это случится через каких-то тридцать лет, - её тон был не то вопросительным, не то утвердительным, но в следующую секунду она снова улыбнулась ему. – Ну, что когда обратно, я тебе не говорила?