- Хороший вопрос, - Гранин почесал рукой в перчатке подбородок, на котором стала уже появляться тёмная щетина. – Помнишь того энкавэдэшника, что мы нашли в вагоне?
Плетнёв коротко кивнул. «Майор государственной безопасности НКВД СССР Иванченко Пётр Сергеевич. Служебное удостоверение действительно по 21 ноября 1940-го» - проговорил он в уме.
- Люди, которые – если говорить о землянах – провалились сюда и не смогли выбраться, скорее всего, умирали от голода и жажды. И та и другая смерть – никому не пожелаешь…
- Это понятно, - перебил его Плетнёв, поторапливая.
- Согласно твоему отчёту, когда ты побывал здесь в прошлый раз, никого из вас не укусили, так?
- Так, - согласился Алексей и, помрачнев, поправился. – Из тех, кто вернулся.
- Всё верно. Поэтому нам ничего не известно о том, передаётся ли патоген, если таковой и существует, через укусы. То, что он не передаётся при обычном контакте, нам известно точно, в том числе из твоего отчёта и показаний тех, кто тогда выжил. Так что моё предложение: если заметишь на манекене явно земную одежду, вплоть до логотипа какого-нибудь бренда, то обязательно запомни и сообщи, что и на ком видел.
- Хорошо, - согласился Алексей, пожалуй, это действительно был реальный способ узнать, случались ли факты обращения со стороны землян. Специально быть укушенным он категорически не хотел.
Надо было двигаться дальше. Ярослав с Василием, тем не менее, никого не торопили, ожидая дальнейших приказов и попутно осматривая внутреннее убранство холла.
- Окей, - произнёс Алексей, глядя на раскуроченные двери, - лифт, судя по всем, не работает. Пойдём по правой лестнице, найдём подходящую площадку, чтобы было видно вокзал и прилегающую местность. Надо понять, где безопаснее всего пройти.
Они стали подниматься, не быстро, держа оружие наготове. Фонарики, закреплённые на стволах, разрезали воздух яркими лучами.
Пролёты были высокими, гораздо больше, чем в стандартной девятиэтажке, к которым привык Алексей. Лестницы выводили либо в коридоры, либо в просторные помещения открытых офисов. Заглянув с лестничной площади в один из таких опенспейсов и, обнаружив, что кроме мумий там никого нет, Алексей прошёлся по помещению и убедился, что этот этаж был чуть выше крыши вокзала, и с него хорошо просматривалась прилегающая местность.
Подойдя к одному из высоких окон с опущенными жалюзи, он дал знак остальным, что те могут приблизиться. При этом Ярослав всё равно умудрился споткнуться об одно из тел и грохнуться на пол, подняв не только облако пыли, но и заставив всех сжаться от произведённого шума, когда он, падая, зацепился за офисный стол, и с него громыхнулся монитор с закруглёнными углами. Чем-то он был похож на кинескоп от старого телевизора, только гораздо более уплощённый. Алексей никогда раньше таких не видел. Но внешний вид предмета не оставлял сомнений в его предназначении.
Вслед за монитором со своего кресла, упала с глухим треском мумия.
Хотелось наорать и высказать всё, что думаешь об этих туристах, которые выбили у начальства тур в Мёртвую долину, но Алексею удалось подавить приступ ярости. В конце концов, что с них взять!
Испепелив помощника Гранина взглядом, он жестом приказал всем молчать. И тишина была бы гробовой, если бы не шёпот манекенов, который было слышно даже отсюда.
Нет, вроде бы никакого движения. Никто сюда не идёт неуверенной шаркающей походкой, еле передвигая ноги. Тихо. Всё оставалось так же, как и раньше.
- У них там стилусы на столах лежат, - зачем-то тихим голосом сообщил приблизившийся Ярослав.
Алексей на пару секунд опустил веки и сделал глубокий вдох.
- И что?
- Он хочет сказать, что мониторы у них были сенсорные, - ответил Гранин.
Плетнёв мысленно закатил глаза, но ничего говорить не стал. За его спиной тихо усмехнулся Василий.
Алексей повернулся к запылённому стеклу и осторожно, раздвинув металлические пластинки жалюзи, смахнул с него грязь, потом вытер рукой в перчатке. Можно, конечно наблюдать через открытое окно, но он решил перестраховаться и лишний раз в оконном проёме не светиться. Слова Гранина о разуме у манекенов произвели впечатление на Алексея, и он подумал, а почему бы манекенам и не иметь своего рода наблюдателей? Вот те, что у вокзальной колоннады торчат, они вообще почему отдельно от стада стоят? Уж не потому ли, что им поручено стоять на посту? А через оконное стекло даже при таком естественном освещении нелегко заметить того, кто за ним может стоять. О том, что манекены могут видеть в других диапазонах, Алексей предпочитал не думать. Проблемы надо решать поступательно.