«Что-то я стал слишком впечатлительным на этой работе» - подумал Алексей.
- Пошли отсюда, - он потянул за рукав проводника, который явно в уме уже подсчитывал, сколько бы можно было выручить за все эти камушки. – Посмотрим, что они делали у саркофага.
Вернувшись к постаменту, на котором возвышался саркофаг, они стали осматривать оставленное Граниным добро.
- Это не наше оборудование, - почти шёпотом произнёс Василий, после беглого осмотра. – Кофры в схроне остались нетронутыми.
- Значит, тот, кто ждал их в городе, готовился, натащив сюда своих приборов, - сделал вывод Алексей.
- Ты глянь-ка, на кнопках буковки не наши, - добавил проводник, присмотревшись. - И не местные.
Они обошли постамент с саркофагом вокруг и остановились. На ступенях постамента, на котором возвышался саркофаг, среди ящиков лицом вниз лежал манекен. И судя по всему, мёртвый. Получается, что эти ребята нашли в толпе манекенов на вокзале одного единственного, который им был нужен, и зачем-то притащили его сюда.
- Они его типа притащили сюда с вокзала? – озвучил мысли Алексея проводник.
- Другого не дано. Не думаю, что он сам согласился идти с ними. Обычно они ноги еле переставляют.
- Усыпили и утащили.
- Усыпили?
- Ну, или парализовали, - предположил Василий, - а как ещё можно оттаранить манекена с вокзала на другой конец города? Он бы явно не пошёл сам. Помнишь, как они гудели, прежде чем нас накачали снотворным?
- Помню-то я помню, вот только, манекен не пушинка, чтобы таскать его туда-сюда на загривке.
- Их там минимум трое, могли и дотащить, - пожал плечами проводник.
Медленно подойдя к лежащему манекену, и чуть ли не перестав дышать, Алексей наклонился над телом и ткнул его дулом автомата. Никакой реакции.
Поддев всё тем же автоматом плечо манекена он приподнял его на спину, а потом, приложив чуть больше усилий, перевернул его на спину.
- Они его вскрыли, – констатировал Василий и тихо выругался.
- Похоже на то, - согласился Алексей, разглядывая тело. – Походу искали что-то внутри.
Ещё раз осмотрев мёртвого манекена, похлопав его по карманам полуистлевшего пыльного костюма, Плетнёв пришёл к выводу, что тот, судя по его одежде, был всё-таки из местных. Пусть пиджак с брюками и были похожи на земные, но всё-таки их фасон отличался. К тому же логотипов известных ему брендов на подкладке или ещё где тоже не обнаружилось.
Помня, что Гранин может появиться в любую минуту, Алексей поднялся по ступеням постамента, и оказался у самого края каменного саркофага. У странного саркофага, в одной из боковых стенок которого (той, что обращена к выходу из гробницы) с неизвестными целями было высверлено круглое отверстие. Наблюдать за тем, кто был заточен внутри? Давать ему пищу? Отверстие роднило саркофаг с дольменом, что стоял наверху в церкви в качестве алтаря.
Практиковались ли местными жителями человеческие жертвы к моменту События Икс, точно было неизвестно, но Гранин (чтоб его!) считал, что здешняя религия к тому времени уже пережила это явление, а быть может, и полностью его отрицала.
Плетнёв провёл рукой в перчатке по крышке саркофага.
Сама крышка, которая сейчас была сдвинута, была вырезана из цельного куска камня, а потом её искусно обтесали, выдолбив лежащую фигуру молодой девушки со связанными золотыми верёвками кистями рук и ногами. На шею также была как бы накинута такая же верёвка.
- Золото, - засверкали глаза проводника. – Твою мать, сколько золота!
- Ага, - только и отозвался Алексей.
Она лежала, облачённая в длинное платье типа туники, сомкнув пальцы рук, в замок на груди. Те, кто создавал саркофаг, боялись Её. Боялись, но почитали. Потому и не поскупились на золото и драгоценные камни для украшения.
Молодое женское лицо смотрело на людей открытыми сапфировыми глазами с эффектом следящих зрачков. Куда бы ты ни переместился, тебе казалось, что Её взгляд следует за тобой.
На запястьях браслеты с драгоценными камнями, переливающимися блеском в свете софитов. И, конечно же, то самое ожерелье с парой десятков ярких кроваво-красных рубинов.
На всё также «плакала» кровавыми слезами, выполненными из тех же неогранённых рубинов каплями стекавшими по её лицу.
Луч фонаря высветил нутро саркофага, на каменных стенках которого отчётливо виднелись борозды глубоких царапин, оставленных обезумившим существом, когда-то давно заточенным внутри. Назвать это созданием человеком у Плетнёва не поворачивался язык. Человек просто не мог так расцарапать каменную поверхность.
Внутри обнаружились несколько красных ягод. Алексею даже показалось, что они лежат ровно так же, как это было несколько лет назад. А ещё они ничуть не испортились, даже будучи снятыми с ветки.