Внезапно откуда-то издалека раздался глухой звук шагов и голос, судя по интонации, втолковывающий что-то своим собеседникам. Гранин и его компания возвращались из глубины подземного храма. Ему отвечал другой голос, причём точно не принадлежащий Ярославу. Более тонкий, но твёрдый по интонациям. Подросток? Да нет, ерунда! Женщина? Вполне возможно. По комплекции они могли быть вполне сопоставимы.
Вот только говорили они на совершенно непонятном языке, не похожем ни на один из тех, что за свою жизнь приходилось слышать Плетнёву.
Василий тоже услышал шум и они с Алексеем, не сговариваясь, затаились за саркофагом. Прятаться в темноте за колоннами времени уже не было. Всё-таки это место заставляло в каком-то смысле подчиниться ему, отвлекая внимание и заставляя погрузиться в созерцание такого своеобразного внутреннего убранства.
Приближающиеся голоса стихли. Стало понятно, что те, кто вышел из глубины катакомб, что-то заподозрили.
- Кто здесь? – раздался голос Гранина.
Стало понятно, что таиться не имеет смысла.
- А сам-то как думаешь? – отозвался Плетнёв. - Ты зачем над манекеном поиздевался? – выкрикнул Алексей из-за саркофага. – Сам же говорил, что они разумны!
- А что поделать, Алекс! – раздалось в ответ из сводчатого коридора. – Уж очень нам надо было то, что у него было внутри.
- И что же это? – спросил Плетнёв. – Ради чего был весь этот спектакль с этнографической экспедицией? Неужто без нас не пускали?
- Всё-то тебе расскажи! Могут же быть у нас свои тайны! – рассмеялся в ответ Гранин, и его смех эхом прокатился по залу. – А то, что вас пришлось взять, так да, навязали вас. А того, кого мы хотели – заняты были.
Ага, вот оно что, вспыхнуло в мозгу. Алексей переглянулся с Василием. Он тоже всё понял.
- Только ты ведь понимаешь, что с такой информацией теперь тебе отсюда не уйти, - похоже было, что Гранин пожалел, что взболтнул лишнего. Мы просто не можем тебе этого позволить!
Да куда уж ясней! Мог ведь промолчать, но всё равно сказал! Почему? Позволил себе секунду слабости? Или наоборот был слишком самоуверен? Самоуверенность до добра не доводит, нельзя переоценивать себя, как и недооценивать врага. Во все времена это было верной дорогой к поражению.
Единственный ответ, который напрашивался сам собой – Гранину уже было всё равно. Он ни при каких условиях не хотел возвращаться. А следовательно, сейчас может начаться заварушка со стрельбой и всеми вытекающими.
Так почему они не стреляют? Из-за саркофага, за которым укрылись противники? Могли бы закидать гранатами, Алексей точно помнил, что у Гранина было с собой несколько штук.
Вновь воцарилась тишина, разве что в ушах звенело от разговора. С заметным сожалением в голосе Гранин добавил:
- Ты хороший парень, Алекс, - Василий одобрительно кивнул, как бы соглашаясь со словами учёного. - Ну, вот что тебе стоило просто уйти домой? – Василий кивнул ещё раз и уже гораздо заметнее. - Ну, придумали бы что-нибудь совместно с Василием, чтобы версии не расходились, Анна бы тебя прикрыла.
Опять он на Анну указывает. Не может она быть предателем! Не может! Чтобы сбить неприятные мысли, Алексей решил сменить тему, выкрикнул:
- Не хочешь познакомить нас со своим новым знакомым?! – подумал и добавил. - Или знакомой?! Она может пойти с нами и объяснить, что за дичь ты тут устроил, а?
Ну да, стоило признать, это было совсем уж наивно.
Василий потянулся к гранате, решив, что лучше он опередит группу Гранина, чем он их. Алексей покачал головой, и рука проводника вернулась на рукоять автомата. Свод гробницы выглядел крепки, но кто его знает, как он себя поведёт, взорвись тут пара-тройка гранат. Скорее всего, по этой причине Гранин сам не решался использовать гранаты. Ну не напал же на него очередной приступ гуманизма и милосердия!
- Отчего бы и не познакомить, - раздался в ответ довольный и как ни странно в чём-то даже весёлый голос учёного, и Алексей уже приготовился к тому, что вот сейчас перед ним всё-таки упадёт парочка гранат с выдернутой чекой. Он их отбросит в сторону, а вокруг начнут летать пули, рикошетя от каменных стен.
Однако ничего подобного не произошло. Странно, учитывая численное превосходство, даже, несмотря на недостаток опыта, могли бы их ликвидировать. Почему же не начинают?
Василий сморщился, будто от дикой головной боли. Твою же! Вот сейчас не вовремя, однако!
- Опять что ли? – процедил сквозь зубы Алексей. – Что не так?
- Не пойму! – проводник был похож на человека, страдающего жутким похмельем. – Они что-то делают.