Ее несчастные Ясные Зори затерялись в какой-то далекой деревенской глуши. Место, где Зое предстояло проходить практику, даже не было удостоено названия ветеринарной клиники — оно именовалось ветеринарным участком. Штат — четыре человека. Основная деятельность — профилактика, реже — лечение заболеваний преимущественно крупного рогатого скота местных жителей и окрестных фермерских хозяйств.
Срок пребывания — две недели.
На самом деле производственную практику при фермах полагалось проходить всем. На третьем курсе. Ее и проходили — не то чтобы совсем мимо, но больше теоретически и, к тому же, в достаточно тепличных условиях. Для поклонников животноводческого направления, в конце концов, есть Аграрный институт в соседнем городе.
Но на этот раз Зою ожидало то, с чем она прежде никогда не сталкивалась.
Например, вскрытие двухмесячного поросенка, резко щелочная реакция всего патологического материала, диагноз — острое отравление содовым раствором.
Вакцинация против сибирской язвы лошадей и крупного рогатого скота в частном секторе.
Или взятие крови из яремной вены у коров для исследования на лейкоз — к счастью, лаборатория тут все-таки была.
Еще один поросенок с отравлением, но этого хотя бы успели спасти...
Зоя представляла себе, как будет рассказывать обо всем этом Вальтеру, и ей становилось смешно.
Впрочем, через несколько дней стало не до смеха. На прием принесли сибирского кота. Местный ветеринар, Григорий Васильевич, обрадованно кликнул Зою — ты, мол, тут у нас городская штучка, специалист по кошкам-собакам, вот, принимай людей. Котов, точнее.
Кот, по-видимому, еще недавно был шикарным пушистым красавцем. Но теперь он выглядел заметно исхудавшим, а шерсть утратила блеск.
— Он худеет и почти не ест, — печально призналась хозяйка кота, полная немолодая женщина с добрым лицом. — Мы как-то думали — само пройдет, а оно, вишь… не проходит, хужеет только…
Больше всего на свете Зоя боялась именно этих слов: «Думали, само пройдет». Очень хотелось сказать, что «думали» в этом контексте звучит как оксюморон.
— А давно он похудел?
— Да уж недели две как, если не больше…
Григорий Васильевич предпочитал не вмешиваться, давая новой сотруднице полную свободу действий.
Зоя провела все стандартные манипуляции, но ничего не обнаружила: температура в норме, слизистые здоровые, легкие и сердце в норме, пальпация брюшной полости ничего не дает…
— А рентген есть у нас? — тихонько поинтересовалась Зоя.
— Ты не поверишь, — фыркнул Григорий Васильевич. — Что, думала, совсем в волчью дыру попала?
Вот только рентген, к его удивлению, тоже ничего не показал. Зоя взяла кровь на анализы и попросила зайти через день.
— А ты молодец, ничего работаешь, — одобрил Григорий Васильевич.
— Спасибо, конечно, только я не понимаю, что с котом-то? У вас есть идеи?
— Если честно, я ожидал увидеть на рентгене что-то внятное. Ладно, подождем анализы крови…
Однако в крови тоже ничего не нашли.
Хозяйка кота пришла на повторный прием еще более расстроенная: питомца тошнило.
— Что ж такое, — причитала она, жалобно заглядывая Зое в глаза. — Такой охотник, такой мышелов, такой красавец… и ласковый… детки его так любят… Он щас-то вон какой, а раньше б не узнали его! И все вылизывается, вылизывается… Теперь уж, правда, не особо…
— Стойте-ка. — Зоя повернулась к Григорию Васильевичу. — А это не может быть волосяной шар? От вылизывания. Его на рентгене не видно! Одну минуточку, — добавила она хозяйке кота и утащила ветеринара за дверь.
— Эээ… может, наверно. И что ты предлагаешь?
— Операцию, Григорий Васильевич. Само оно никуда уже не денется, только если вместе с котом, вы же понимаете.
— Я-то понимаю… Только я такие операции проводил — на пальцах посчитать. Я-то, вишь, по коровам больше, да поросятам… Про этих — да, что хошь знаю. А с котом твоим… У нас из наркоза тут только золетил, на мелких-то. С ним аккуратно надо: неправильно взвесишь, и котик того… дышать забудет. На кастрацию-то я помню, как его разводить, а на полостную…
— А на полостную — я сама разведу, — уверенно ответила Зоя, вспоминая Азу Магрезовну и ее курс дозировочной дрессировки.
В самый последний день, когда Зоя уже собиралась на своей поезд, к ней прибежала хозяйка сибирского кота. Она тащила какую-то домашнюю снедь.
— Уезжаете, Зоечка? Ну ладно, доброй дороги вам. Вот, принесла, в поезде чай попить будет с чем. Котик-то на глазах поправляется, и кушает так хорошо!