— Как можно восхищаться тем, что он делает? — воскликнула Зоя. — Они же все понимают!
— Я не знаю. Может, у них на это какой-то другой взгляд. Подожди, у меня была какая-то важная мысль…
— Вы говорили про воплощения чувств и неисчерпаемый ресурс, — подсказал Антон.
— Да, ресурс становится неисчерпаемым, потому что цель каждого консультанта — заставить сделать человека именно тот выбор, от которого на Острове вырастет новый кристалл электия. Или что у него там, руда? Не важно. Люди принимают решения, которые делают их…
— Несчастными?
— Не совсем… — задумчиво проговорила Аза. — Это было бы слишком очевидно. Престиж и мода, конечно, играют важную роль, но все-таки не так уж просто заставить человека наступить на горло своей мечте со всего маха. Нет, это не воплощение несчастья. Скорее… вынужденной обреченности. Когда находятся веские и разумные доводы, чтобы бросить свою идею, выбрать что-то по принуждению, согласиться на брак без любви… Так, чтобы человек продолжал жить и считал, что живет правильно и хорошо, а все остальное — нелепые фантазии… Безусловно, такие вещи всегда были и всегда будут, но Вальтеру удалось придать им неслыханный масштаб.
— Стена, сквозь которую не смогут пройти даже мечты! — снова подскочила с дивана Зоя. Жадно отпила чай из своей кружки и торопливо продолжила:
— Он сам это сказал, помнишь, Антон? Он говорил что-то про стволы, патроны, броню… и потом про стену! Он имел в виду лисиц?!
— А ведь он их видит, — ответил Антон, припоминая момент побега. — Он крикнул «ты не можешь», когда увидел, как твоя лисица открывала нам проход. Я почти не различал ее — наверно, и не различил бы совсем, если бы на моей куртке не поспала Эсми, — а он ее увидел, как только подошел к нам!
— Да, все сходится… — прошептала Аза. — Он видит лисиц и знает, что они из себя представляют. Вероятно, он решил, что они мешают ему слишком сильно, они — его недополученная выгода… Убить их нельзя, но отгородить, сделать так, чтобы люди напрочь про них забыли — вполне возможно, если ты построишь стену, которую им не обойти… Вероятно, они боятся этого металла. Мечты ведь на самом деле довольно хрупкие без человека, который в них верит…
— И, получив браслет, я должна была перестать верить… Я делала все то же, что и раньше, но теперь во всем как будто больше не было смысла… А ведь как раз тогда мне очень долго не снилась моя лисица! — вспомнила Зоя. — Я даже хотела ее увидеть, как раз после разговора с Костей… Мы к нему ездили с Анькой, чтобы вернуть скетчбук и переубедить… — Зоин голос становился все тише, последние слова она произнесла потрясенным шепотом: — И тогда Вальтер подарил мне браслет!
Который якобы хотел подарить раньше, но забыл. На самом деле, раньше в нем просто не было необходимости, Зоя и так была подавлена и согласна на что угодно, готова была бросить свою лисицу — оставалось только чуть-чуть дожать. И тут все планы спутал этот несчастный помятый блокнот и поспешный Зоин отъезд домой, а потом все как-то само наладилось… Интересно, Вальтер может понять, когда и от кого получится новый «кирпичик»? Потому что если может — то вмешательство Зои стало для него очевидным. Да она же и сама ему рассказала, пусть и не все, но он вполне мог догадаться об остальном. И если бы сегодня утром этот браслет был у нее на руке, никакой проход им бы никто открыть не смог… Снова заслуга Эсмеральды.
Зоя пересказала историю с блокнотом напряженно слушавшим Азе и Антону. Теперь как будто все вставало на свои места.
Кроме одного: что, собственно, делать дальше?
— Его надо остановить, — твердо сказала Зоя. — Это нельзя так оставлять. Нельзя допустить, чтобы все человеческие чувства превратились в этот кошмарный металл. Но как это сделать?
— Нужно отправиться на Остров и разобраться, что там за стена. Я не вижу других вариантов. Вы согласны рискнуть?
— Конечно, — Антон пожал плечами, как будто говоря «а как иначе?». — Это же я сам начал всю эту историю. Не бросать же теперь?
— А вы? Вы разве не пойдете с нами? — насторожилась Зоя.
Аза покачала головой.
— У меня нет сил, чтобы разрушать преграды. Не спрашивай, почему, я и сама не знаю. Что-то я сделала в жизни неправильно, но что именно — уже не пойму.
— Разве… разве вы несчастны? Или… не на своем месте? — тихо спросила Зоя.
— Надеюсь, что все-таки на своем. Но тут я не в силах помочь. В конце концов — кому, как не тебе, упрямо идущей за своей мечтой, удастся разбить стену из этого проклятого электия?