Да что за место такое? Компас тут не работает, нитки рвутся…
— Аза как знала, — вдруг вздохнул Антон. — Сказала, что рюкзак не пригодится…
— Подожди. Как именно она сказала? Помнишь? «Все, что вам действительно нужно, вы всегда носите с собой»… Это же Море, в котором отражается наш мир! И мы сами…
— Все равно не понимаю.
— Ладно, попробуй удержать ее еще немножко, чтобы нас не слишком сильно отнесло в сторону. Я сейчас.
Электий такой тяжелый и прочный, потому что нет ничего тяжелее и прочнее тех оков, что носит на себе отчаявшийся и разочарованный человек.
И козий платок был таким теплым вовсе не из-за шерсти, а от того, что Миреле вплела в него частичку своего тепла и заботы.
Зоя вытащила из ушка остаток нитки и сжала иголку большим и указательным пальцем, прикрыв глаза. В ее душе достаточно крепости для нити, которую не порвет ни один ветер!
Антон взмахнул веслами и изумленно уставился на иголку в Зоиных руках. В ней откуда-то взялась толстая — как только пролезла в ушко? — золотистая нить, от которой исходило легкое сияние.
***
— Интересно, почему он не стал стрелять?
Антон кое-как вытащил застрявший крюк из борта лодки и вышвырнул в воду. Затем уселся на скамью рядом с Зоей и принялся растирать онемевшие предплечья.
— Может, в темноте ему было плохо видно?
— Да ему и не нужно было ничего видеть. Он стоял вплотную. Тут куда ни попадешь — легко повредишь лодку. С такими-то пулями…
— Не знаю. Может, здесь и пистолеты выходят из строя, не только компас?
— Вот это было бы очень кстати.
Лодка послушно шла под парусом. Антон глянул на небо, сверяя курс.
— Надо бы спешить. Смотри, звезды уже еле видно.
— Пусти-ка, я сяду на весла.
— Но ты же…
— Что — я? У тебя руки и так почти отвалились. Ничего, что я не умею, сейчас научусь. Я же видела, как ты гребешь. Тем более, теперь будет легче.
Антон в который раз признался себе, что снова недооценивал свою спутницу: Зоя в самом деле довольно быстро приноровилась к веслам и гребла уверенно и ровно, не забывая ворчать в ответ на ценные советы, которые на нее то и дело сыпались. Лодка заметно прибавила скорость.
Зоя бросала отчаянные взгляды на стремительно светлеющее небо, стараясь запомнить, где именно слабо виднелась путеводная звездочка. Девушка уже порядком устала с непривычки, но изо всех сил налегла на весла.
— Все! Вот он, я его вижу! Можешь расслабиться! — торжествующе крикнул с кормы Антон. — Теперь мы дойдем и без звезд!
Зоя перевела дух и развернулась на скамье лицом вперед, приветствуя священный Остров, на вершине которого однажды родилась ее мечта.
***
Чем ближе лодка подходила к Острову, тем слабее становился ветер и наконец стих совсем, так что парус пришлось снять, и Антон сменил Зою на веслах. До берега оставалось рукой подать.
Наконец весла заскребли по дну. Антон вылез из лодки и подтянул ее к берегу, закрепив веревкой за прибрежный валун. Протянул руку Зое, помогая удержаться на скользких камнях.
— Что будем делать с рюкзаком? Оставим тут?
— Ты как хочешь, а кое-что я все-таки возьму, мало ли…
Антон рассовал по карманам мотки веревки и карабины. Затем вынул из недр рюкзака аккуратно упакованные накануне бутерброды с сыром и несколько сочных яблок.
— Завтрак не самый роскошный, но уж какой есть.
— Отличный завтрак. Для полного счастья не хватает только чашки кофе. А то спать так хочется…
— Нет уж, спать сейчас не время, — серьезно ответил Антон. — Это еще далеко не конец. Если хочешь, могу облить водой. Она достаточно холодная, чтобы взбодрить не хуже кофе.
— Ты вредный тип. Совсем уже помечтать нельзя… — лениво отмахнулась девушка. Черт с ним, с кофе. Сейчас завернуться в платок и чуть-чуть отдохнуть… Пять минуточек…
— Зоя, не спи! — Антон бесцеремонно потряс ее за плечо. — Слышишь? Мы скоро вернемся домой, и тогда будешь спать, пить кофе и мечтать, сколько влезет. А сейчас их спасать надо, мечты твои. И не только твои. Если я правильно понял, стоит ему закончить свою стену, и люди вообще разучатся мечтать раз и навсегда. Давай-ка, вставай! Он наверняка где-то неподалеку!
— Да. Конечно.
Зоя встряхнула головой, подошла к самому краю берега, зачерпнула — и в самом деле умылась холодной водой.
— Все, я в порядке. Пошли. Нам нужно найти дорогу наверх.
Впрочем, сразу стало ясно, что с дорогой не задалось. Никакой дороги попросту не было. Голая скала поднималась вверх, прежде чем перейти в плавный выступ, а до цепляющейся за нее сосны было слишком далеко, рукой не дотянешься.