Какое-то время город процветал, в нём стояли масса церквей, монастырей и даже еврейская иешива, в которой проживали и учились несколько сотен иудеев. Там обитали тамплиеры, тевтонцы, госпитальеры.
Но в конечном итоге торговцы, а следом за ними и рыцари перегрызлись между собой, устроив так называемую Войну Святого Саввы, а потом большую часть тех, кто пережил междоусобную войну, вырезали мамлюки.
В общем, делайте выводы и живите дружно. Или вас тоже вырежут мамлюки. Или кто-нибудь ещё.
Вы знаете, что из Акко периодически приплывает Абубакар ибн Хамид: торговец, который когда-то был офицером регулярного флота, а позднее - пиратом, грабившим исключительно иноверцев.
В Кокани он был известен как азартный игрок и любитель побаловаться гашишем, но при этом он был весьма учёным и мудрым человеком, что было заметно по тому, в каких вопросах он разбирается и как он ведёт дела.
Запишите «Абубакар» и возвращайтесь на тот параграф, с которого пришли.
518
Если у Вас записано «Сусанин», «Флагеллант», «Невольник», «Мародёр» или «Вигилант» - добавьте себе по 25 пунктов Героизма за каждое достижение. Если нет никаких особых достижений (именно если их НЕТ) - 10 пунктов Героизма и 10 пунктов Вдохновения. Потом возвращайтесь на параграф, с которого пришли.
519
Да, это хорошо, когда Вы такой предусмотрительный. Теперь подумаем, как быть дальше.
- Если у Вас есть драгоценности и Вы хотите обменять их на деньги - 584
- Если у Вас есть Тибальт - Вы можете не терять время, покинуть город и поехать к Ангеррану Д`Ладье, кузену Гунфрида Безволосого, который с радостью оторвал бы ему голову - 574
- Если у Вас есть пачка писем, Вы можете пойти на шантаж кого-нибудь из влиятельных людей Кокани, и добиться от них какой-то пользы (если только они не убьют Вас раньше) - 878
- Если у Вас есть мемуары, Вы можете обратиться за помощью к своей самой близкой любовнице - 400
- Если у Вас нет ничего вышеперечисленного, то, закончив со своими делами, Вы направляетесь в портовый кабак, спросить совета у своего приятеля Иоханна - 992
520
Судя по всему, этот символ, выгравированный на монете - композитный глиф, что-то наподобие иероглифической монады Джона Ди. Сами Вы никогда в жизни не занимались практической алхимией, но общее представление имеете.
Возможно, если Вы покажете эту вещь профессиональному алхимику - он может сказать больше.
Но даже Вам, дилетанту, кажется, что эта монета состоит из чистого золота, а не сплава. Вообще, Вы не уверены, стоит ли таскать при себе такую вещь: даже если Вы ей расплатитесь - золото, конечно, примут, но к Вам могут возникнуть определённые вопросы.
А если отцы Церкви увидят - у них тоже могут возникнуть какие-то неприятные вопросы. Может быть её лучше выбросить?
Если Вы суеверный - выкиньте её от греха подальше (или выдерживайте проверку), а если нет - поступайте как знаете. Если оставите - возвращайтесь на тот параграф, с которого пришли.
521
Конечно, это всё-таки вещи разные: если Данте был убит горем пережив Беатриче и его чувства были глубоки и искренни, то Лаура была для Петрарки скорее вымышленным идеалом, в то время как он больше любил себя «любящего» Лауру.
Во всяком случае - так Вам кажется. А Данте... Ну, Беатриче Портинари была замужем за Барди, и испытывать платонические чувства к замужней женщине было тогда в порядке вещей, а своей жене, Джемме Донати, родившей ему двух сыновей и дочку, - Данте не посвятил ни единой строчки.
Что поделать, в то время чистой любовью считали исключительно платоническую любовь, в то время как брак воспринимался социально допустимым способом удовлетворения плотского греха.
Но тогда люди вообще на многое смотрели иначе: например, улыбаться при приветствии было не принято, нужно было себя сдерживать, зато плакать при виде красивого заката солнца не было постыдно даже для боевого генерала.
Вот то ли дело история Пьера Абеляра и Элоизы! Вообще, Абеляр должен был унаследовать титул, владения, посвятить себя ратному делу, но при этом он настолько увлёкся схоластикой, что отказался от права майората и постригся в монахи, посвятив себя богословию, философии, науке, поэзии и музыкальному творчеству.
Своей учёностью и красноречием он превосходил всех проповедников Парижа, на его лекции-проповеди собирались многие люди, а среди его учеников были такие церковные авторитеты, как Пётр Ломбардский или будущий Папа Целестин II.
В стремлении к изучению диалектической схоластики он обучался то у авторитетов в области реализма, то у авторитетов в области номинализма, но в последствии не принял ни положения о том, что универсалии являются условными отвлечённостями, ни учения о том, что идеи составляют всеобщую действительность, или что действительность общего выражается в каждом отдельном существе.