713
Обнаруженное Вами помещение по меньшей мере вызывает интерес. Во-первых, тут горят свечи в светильниках. А значит, где-то поблизости должен быть тот, кто их зажёг.
Во-вторых, тут находится множество каких-то реторт, перегонных кубов, форматоров, мензурок, мазей, порошков, эликсиров и прочих алхимических приблуд.
Здесь же находятся всевозможные зарисовки с изображением растений, животных, причудливых механизмов и человеческих органов, а также всевозможные записи алхимических символов.
Есть простые символы, такие как «солнце» или «меркурий», но есть и сложные, записанные в виде формул-рисунков: к примеру, обнажённые мужчина и женщина в коронах означают очищенное золото и серебро, в то время как акт их соития - это сплав; лев, поедающий солнце, означает поглощение золота ртутью.
Впрочем, здесь находятся не только алхимические записи: вот, к примеру, «mappae mundi», или «карта мира».
Ей нельзя пользоваться как географической, но такие карты создавались по другим причинам. Она поделена на три части, обозначая земли потомков сыновей Ноя - Хама, Сима, Иафета: Африка, Европа, Азия.
В самом центре находится «ombilicum mundi» - «пуп земли», священный город Иерусалим, а в разных частях света изображены святые, которые там проживали, животные, которые там обитали или обитают, и всевозможные удивительные создания - онокентавры, кокатриксы, блемии, паноптии, скиаподы, кинокефалы и прочая чудь.
Неизведанные земли называются «terra incognita».
Естественно, в Ваши дни уже никто не доверяет таким картам всерьёз, но в своё время они помогали обучить людей, позволив им просто и наглядно запомнить, что и где находится.
Как, например, знаменитая песенка «Киприанов Пир» писалась не с целью пошутить над святым, но для того чтобы помочь человеку запомнить имена и события Ветхого и Нового Завета.
В ней на Киприанов Пир собирались святые и негодяи, и каждый делал что-то такое, что было связано непосредственно с ним: Ной выпивал, Саломея плясала, Пилат мыл руки, Иуда лез целоваться, Закхей забрался на древо, Авессалом повис в ветвях, ну и так далее...
...Так-так-так, чего только нет в этой комнате! Армеллярная сфера. Клепсидра. Массивный окованный фолиант, застёгнутый на замок, подле которого лежат рожок с чернилами и перо.
Книжный шкаф, в котором соседствуют «Изумрудная скрижаль» Гермеса Трисмегиста; «Экзотерические упражнения в пятнадцати книгах» Жюля Сезара Скаллигера; «Центурии» его бывшего друга Мишеля де Нострадамуса; «Книга Предела» Давида Бен Иехуды; «Золотая легенда» Иакова Ворагинского, епископа Генуи; «Задачи для развития молодого ума» знаменитого мыслителя и богослова Алкуина; «Прослогион» Ансельма Кентерберийского; «Сумма теологии» Фомы Аквинского; «Похвала Глупости» Эразма Роттердамского; «Корабль дураков» Себастьяна Брандта; «Божественная комедия» Данте Алигьери; «Диалоги» Григория Великого; трактаты Аверроэса; «Сибиллины книги»; «Книга Полибия»; «Начала» Евклида; «Десять книг о зодчестве» Витрувия; «Бамбергская арифметика»...
Вы просто смотрите и не можете оторваться. Но всё-таки книги - далеко не единственное, что может привлечь Ваше внимание.
На одной из стен висели картины. На первой был Папа Павел III, в миру Алессандро Фарнезе, известный любитель астрологии, запретившей обращать американских индейцев в рабство.
«Последний Папа Ренессанса», который в возрасте двадцати пяти лет, не имея духовного сана, был назначен кардиналом и епископом трёх епархий, а впоследствии продержался в папском сане больше чем кто-либо другой в XVI веке и прожил, в общем-то, очень долгую жизнь по меркам времени.
Именно ему Николай Копперник посвятил свой знаменитый труд «Об обращении небесных сфер». Именно при нём Микеланджело дописал «Страшный суд», украшая Сикстинскую капеллу.
Он утвердил иезуитский орден, дал наиболее решительный отпор протестантам в рамках своей контрреформации, пытался сесть за стол переговоров с имперскими богословами и лидерами гугенотов (но, в итоге, потерпел фиаско), создал структуру по аналогу испанской инквизиции и рассажал своих родственников на ответственные руководящие посты, в чём позднее раскаивался, считая главной ошибкой своей жизни.
Он вызывал у Вас достаточно противоречивые чувства, но сам портрет удивления не вызывал, гармонично вписываясь в окружение.
На другом полотне были изображены парфянские катафрактарии, громившие войска Красса. В результате того сражения Красс лишился головы (и позднее эту голову использовали в качестве реквизита в театральной постановке), положив конец знаменитому Триумвирату - Цезарь-Красс-Помпей.