И многое другое. Послушав Адальберта, Вы сделали для себя вывод, что лес буквально кишит дикими зверями, бандитами, мародёрами, дезертирами, чудовищами, нечистыми духами, слетающимися на шабаш ведьмами и прочим подобным.
Следовательно, постоянно жить (и выживать) здесь может только тот, у кого не все дома, но при этом обладающий подходящими навыками для здешних мест.
- О! - воскликнули Вы, подняв голову и увидев тело человека, раскачивающегося на дереве. - Твоя работа?
- А то чья же? - не поведя бровью, ответил охотник. - По-другому ведь порядок поддерживать не получается. Уже и калечить за грабёж и воровство бесполезно - хоть зубами, да последнее украдут. Только вешать. Или, как вариант, закапывать живьём.
- И в чём же провинился конкретно этот парень? - настороженно поинтересовались Вы.
- Раньше у меня был верный друг. Мой пёс. Мой единственный и лучший друг. Как-то раз я поймал его здесь за охотой - он подстрелил оленя, не имея на это никаких прав. Я мог сурово его наказать, но проявил мягкость: просто пригрозил и прогнал прочь. За эту ошибку я вскоре расплатился. Он убил моего пса, просто чтобы позлить меня. А я такие вещи не забываю и не прощаю. Во всём должен быть порядок. Ох, и помучился он перед смертью, - впервые на лице Адальберта возникла улыбка.
- Умоляю, избавь меня от подробностей, - с раздражением отмахнулись Вы. Не то чтобы Вы были неженкой: Вы понимали, что иногда даже и некоторым святым приходилось проливать кровь, когда того требовали исключительные обстоятельства. Но при этом всегда нужно было осознавать, что это неправильно, это грех, этого не должно быть в норме. А вот так вот смаковать чужие мучения, пусть бы даже убитый был Иудой и Иродом в одном лице - это как-то дико.
Как бы то ни было, Вам предстояло работать с Адальбертом и дальше, поэтому нужно было либо понять и принять его методы и натуру, либо уйти прочь. Пока что Вы были намерены продолжать работу в качестве помощника, а что выйдет дальше - покажет время.
Вы теряете пункт Шутовства!
Ладно, и не такое в жизни видали. Просто с возрастом Вы стали несколько сентиментальнее - 779
806
День начинался многообещающе - во всяком случае, в большинство силков, клеток, капканов и ям хоть что-нибудь, да набилось. И пусть в массе это была всякая мелюзга, вроде кроликов и мелких птиц, в общем и в целом, это было очень даже неплохо.
Плохо стало тогда, когда Вы поднялись на холм и увидели войско, движущееся в сторону Кокани. Доспехи сверкали, осадные орудия и пушки на лафетах катились, кавалерия ехала, пехота вышагивала, и надо всем этим безобразием развевались знамёна Ангеррана Д`Ладье - кузена Гунфрида Безволосого.
- Ёж твою медь! - только и мог прокомментировать увиденное Адальберт. - Так понимаю, Ангерран вдруг наведался не для братских объятий. Скорее, нужно предупредить город!
Вот не было проблем, и на тебе - 820
807
Как известно, кто рано встаёт - тому Бог подаёт. Вы таки не поверите, но кто-то встал раньше!
Едва Вы прошли всего ничего, как Адальберт остановил Вас, тихо прошептав «Засада!», и подняв свой мушкет. Что натолкнуло его на такую мысль - так и осталось неизвестным, но вскоре её верность, к сожалению, подтвердилась.
С яростными криками на вас обрушились вооружённые незнакомцы, старавшиеся, судя по всему, заполучить вас живьём. Первый же выстрел Адальберта стоил жизни одному из нападавших, но это ни капли не поумерило пыл остальных.
Королевский лесничий сражался как лев, и Вы, как могли, старались от него не отставать. Но врагов оказалось значительно больше, и они были вооружены значительно лучше двух людей, собравшихся просто поохотиться в лесу.
В конечном итоге Вас вместе с товарищем обезоружили, скрутили, повязали и повели прочь, бросаясь оскорблениями на французском - 574
808
- Эх, тропиночка-тропинка, ну, посмотрим, куда ты нас приведёшь, - негромко произносите Вы, тихо ступая и осторожно осматриваясь по сторонам.
Испытайте судьбу!
809
Вы мирно бредёте по тропинке, внимая щебету птиц и шелесту листьев, как вдруг замечаете в стороне на просторной полянке что-то совершенно невообразимое!
Какие-то полногрудые нимфы лежат то здесь, то там в вызывающих позах, при этом то и дело припадая к золотым кубкам, инкрустированным драгоценными камнями, и отщипывая виноград от сочных гроздей.
К этим бесстыдницам то и дело пристают срамного вида сатиры, делая непристойные предложения.
При этом кругом порхают голозадые амуры с колчанами стрел, луками и арфами.