Идёт охота
1.
Маршрутка качалась и подпрыгивала по ухабистой дороге. Деревня, пусть и находилась всего в получасе езды от посёлка, но подобным тут явно никто не озадачился. Миша с разочарованием оглядел пассажиров и снова уставился в окно. Едва автобус отъехал от города парень почувствовал грусть. Впереди три месяца каникул, а он снова застрянет в деревне у деда и бабушки. Все планы о том, как он будет гонять мяч с пацанами, гулять и играть в приставку накрылись медным тазом. Теперь он раб огорода, рыбалки с дедом и помощи по хозяйству. Да, мама пообещала что он быстро найдёт новых друзей и здорово отдохнёт, но Миша понимал, что как и в прошлом, да и в позапрошлом году она лгала. Нет в этой деревне его ровесников. Каким-то таинственным образом ни одного пацана, или даже девчонки одного с ним возраста здесь не водилось. Видимо их родители прислушивались к детям. Миша шумно выдохнул, в очередной раз пожалев, что в автобусе всю дорогу смотрел видео на телефоне и посадил батарею, сейчас приходилось глазеть на однообразный лесной пейзаж, да слушать, пусть и урывками, громкие возгласы стариков, которые не стесняясь жаловались на дорогу, на пенсии, на огород. Да на что они только не жаловались. Плюс, мама наверное уже волнуется. На остановке она взяла с него обещание, что тот будет ей звонить при каждой пересадке на транспорт. Но не сложилось. Миша снова оглядел пассажиров, которые по прежнему были заняты разговорами, стараясь перекричать шумный двигатель и друг друга. Только один мужчина, сидевший напротив, угрюмо молчал и смотрел в окно. Он был крупный, можно сказать что огромный. Чёрные волосы, неаккуратными прядями падали на плечи, переходя в такую же кудрявую, чёрную бороду с редкой проседью. Мужчина, не смотря на довольно прохладную погоду был одет в футболку, и руки его были покрыты татуировками, которые Миша попытался рассмотреть. Но громила, которого парень про себя успел назвать «Хагрид», за схожесть с одним из персонажей книг, которыми он зачитывался раньше, словно почувствовал интерес к своей персоне повернул голову в сторону парня, смерив того тяжёлым взглядом. От чего Миша словно съёжился, стараясь врасти в потрёпанное кресло и схватил из кармана телефон, старательно делая вид что что-то в нём ищет. Надеясь, что здоровяк не заметит того, что Миша смотрит в пустой экран, мальчик иногда украдкой, из-под козырька кепки поглядывал на мужчину. Лишь убедившись что «Хагрид» снова уставился в окно, мальчик убрал телефон обратно, в карман ветровки и последовал примеру. Пейзаж немного изменился, по бокам дороги сейчас шли поля, лес едва виднелся где-то за ними. Вскоре поля сменились домиками и вдали показался он, объект давнего любопытства. Заброшенная шахта, к которой и дед и бабушка настрого запретили приближаться. Вроде внутри они были затоплены, а рядом можно было провалиться и поминай как звали. Это и пугало, если бы не истории, как кто-то хотел залезть внутрь, чтобы поживиться металлолом и пропадал, то он бы осмотрел всё ещё три года назад. Тогда, единственный раз он был тут не один. Соседский мальчишка, ровесник, десятилетний Матвей всё подбивал Мишу на поход к шахте. Но так и не сложилось. Его друг внезапно пропал, видимо родители забрали домой, обратно в город. Да и Миша буквально на следующий день тоже, вернулся к матери на почти месяц раньше чем планировалось. Мысль о походе забылась, да и одному было бы страшно. Впрочем, забылся и Матвей, как обычно бывает с новыми знакомыми. Они пару недель таскались по улице, охотились на ящериц около местного пруда, да неизменно выигрывали великие битвы с крапивой. Сейчас такое было бы скучно. Маршрутка наконец-то свернула влево, с основной дороги и проехав ещё немного, остановилась у небольшой остановки. Подождав пока все выйдут, Миша перехватил рюкзак, стоявший всю дорогу в ногах, поудобней и тоже прошёл на улицу. Дождь пролил недавно, и повсюду были лужи, в которых купались проворные воробьи. Оглядевшись и не заметив поблизости «Хагрида» он облегчённо вздохнул и пошёл вверх по улице. Отчего-то мужчина его пугал, только Миша ещё не понимал почему. Деревенские собаки лениво перегавкивались, пока мальчик шёл по узким переулкам, замолкая почти сразу же, видимо потеряв интерес к нему. Редкие прохожие тоже не обращали на Мишу никакого внимания, хотя обычно неизменно подходили к нему с матерью, заговариваясь и дорога до дома бабушки и деда становилась необычайно длинной. Вероятно за зиму он всё же вырос и соседи попросту не узнавали в нём того мальчика, который ещё год назад приезжал сюда. Миша огляделся, в надежде высмотреть сверстников, вдруг кто-то всё же приехал. Но нет, дворы неизменно пустовали и не было ни единого намёка на то, что это лето будет хоть сколько бы то не было интересным. Открыв калитку, он сразу увидел бабушку, которая возвращалась с огорода, неся в руках небольшой пластиковый тазик, который за годы службы выгорел на солнце.