Мать твою, сказал француз, да кому какое дело, пусть он хоть десять париков напялит.
Управляет Бразилией железной рукой, задумчиво прошептал один из русских.
Габсбурги платили огромные деньги за хорошие ковры, пробормотал ливиец. Особенно за бухарские. Бухарские они любили.
Самая большая страна в Южной Америке, прошептал второй русский. Когда-нибудь она разбогатеет не хуже Штатов, а он управляет ею железной рукой.
Мне он не нравится, сказал Джо. Этот его монокль и надменная ухмылочка прусского аристократа, все смотрит на тебя свысока. Простые люди для него вроде крепостных, и все дела.
Джо недовольно фыркнул и скорчил гримасу. Он залез в мешок, не глядя, достал оттуда еще одну картофелину и шумно прожевал ее в три приема. Остальные молча смотрели на него. Одни замечтались, других загипнотизировал его жующий рот.
И вдруг француз взорвался и хрястнул кулаком по столу.
Мать твою, что ж это мы здесь сидим? Он, может быть, уже устал ждать и ушел. Быстро. Зовите его, пока не поздно.
Все дружно закивали. Джо пожал плечами.
Если вас это устраивает. Мерзавец из Центральной Европы вступает в игру, хорошо, сказал он, визируя карточку с гербом и отдавая ее воину-друзу, несущему службу в переулке.
В комнату строевым шагом вошел новый игрок, державшийся весьма надменно, в форме драгунского полковника австро-венгерской императорской армии со всеми регалиями, какую, по воспоминаниям английского бригадного генерала, носили как раз перед войной. Самая высокая награда вошедшего, орден Золотого руна, тоже была знакома генералу. На боку у полковника позвякивала парадная сабля, а из-под мышки у него торчала слоновой кости рукоять кожаного хлыста.
Он носил блондинистый парик, как и предсказывал Джо, по виду немецкий и очевидно фальшивый, и коротко подстриженную блондинистую бородку, тоже фальшивую. У него был не один монокль, а целых два, со стеклами разных цветов, так что угадать настоящие черты его лица было почти невозможно. Посреди комнаты он резко остановился и щелкнул каблуками.
Мое почтение ирландскому крестьянству, сказал он Джо. По-английски он говорил с сильным акцентом. Джентльмены, сказал он, отвесив остальным придворный поклон.
Ливиец уже вскочил на ноги и с льстивой улыбкой освободил для полковника место рядом со своим. Тот поправил парик и принял стул; на лице у него было написано безграничное презрение к ливийцу. Генерал тем временем изучал многочисленные награды на груди полковника. Он многозначительно откашлялся.
Чрезвычайно эффектное собрание медалей, полковник. Но вы, надеюсь, простите мне мое невежество, когда дело касается старых наград империй, канувших в Лету. Вот эта маленькая черная ленточка, например…
За верную службу на Балканах, сказал полковник. За особые заслуги в боснийском кризисе тысяча девятьсот восьмого года.
Ах так. А эта, пурпурная с черным?
Снова за Балканы — опять Босния. За кризис одиннадцатого года.
А оранжево-пурпурно-черная?
Еще раз Босния. На сей раз за кризис двенадцатого года.
Очень интересно, полковник. У вас, кажется, была узкоспециализированная карьера.
Полковник щелкнул под столом каблуками.
Мелкие местные дела, сэр. Не вызовут никакого интереса вне ныне несуществующей империи Габсбургов.
Да, признаться, эти утомительные балканские кризисы большинству из нас наскучили немилосердно. Но когда вашего эрцгерцога убили в Боснии несколькими годами позже, у всех нас на руках оказались совсем другие карты, не так ли? По крайней мере у большинства.
Полковник вновь щелкнул каблуками под столом.
На первый взгляд это так, сэр. Но ведь в Боснии с самого начала не было стабильности. Босния как самостоятельное государство — что за бред, смех да и только! Вот о чем свидетельствуют мои награды, не более. Перейдем теперь к более насущным делам.
Полковник достал из-под мундира толстый пакет и положил его на стол, а потом повернулся к Джо, который мрачно жевал очередную картофелину.
Возможно, обстоятельства моего последнего визита сюда, молодой человек, позволят вам вспомнить — я придерживаюсь мнения, что не деньги красят человека, а наоборот. Я не сноб. Но сейчас я обращаюсь к вам. Выньте эту отвратительную овощную массу изо рта немедленно, или я ухожу.
Джо положил картофелину на стол. Остальные следили за ним. Неотесанный ирландский крестьянин, негромко пробормотал полковник. Джо пригладил бороду возле губ, вытряхнув крошки картофеля себе на колени.