— В Интел нет, наверное, ни одного араба, — произнёс Илья.
— Думаю, они есть, но немного. Они умеют притворяться и выжидать. Руководство Интел, я слышал, в основном левацкое. А среди арабов есть неплохие специалисты.
— Ты что-то решил?
— Пока нет. Жене нравится её работа. Сотрудники милые и интеллигентные.
— Да, дилемма. Ты думаешь, в Штатах все такие милые? Там и чёрные, и латинос. Свои тоже не сахар.
— Ты прав. Я так другу и сказал. А он мне ответил, что берёт на работу только тех, с кем можно работать. Если с кем ошибся, увольняет.
— Ты мне друг, и я хочу, чтобы вы с Женей жили здесь. Но решать, где вам лучше, должны вы сами.
— Смотри, дождик прекратился, — сказал Ян. — Какой воздух!
— Да, не Тель-Авив с его душегубкой. «Здесь вам не равнина, здесь климат иной». Великий поэт был Высоцкий.
Они вернулись за стол. Жёны понимающе посмотрели на них.
— Выпейте кофе, друзья, — произнесла Женя. — Здесь его здорово варят.
На выходе из ресторана Юлия предложила пройтись.
— Мы, пожалуй, поедем домой, — вздохнула подруга. — Серёжка любит, когда я ложу его спать. Да и туфли не для такой погоды.
Женщины обнялись, а Илья и Ян обещали созвониться.
2
В этот день у Ильи работы было много. Мощный тягач привёз огромный трансформатор. Он с Барухом и Гидоном занимался его установкой. Кабель сверхвысокого напряжения электрическая компания от находящейся с другой стороны дороги крупной подстанции уже проложила. Несколько месяцев он ставил оборудование для его подключения к сети Интел. С прибытием трансформатора дело пошло к завершению. Ещё недели две и новая система заработает на всю свою великую мощь. Парни поощрительно подбадривали его, Иегуда с уважением жал руку. Да и сам Илья понимал, что фактически он и вытянул этот проект. Сделал чертежи и все расчёты, выбрал оборудование.
Испытательный срок уже давно закончился. Иегуда тогда подошёл к нему и сказал, что был в отделе кадров и что он теперь принят на работу окончательно. Илья не испытывал никакого беспокойства по этому поводу. Он был готов к любому решению руководства. Да он и сам видел, что всё идёт нормально, с работой он справляется и к нему нет никаких претензий. А если даже уволят, ему не будет трудно найти другую работу.
Он выехал с автостоянки и направил машину к выезду из Хар Хоцвим. На проспекте Голды Меир повернул, как обычно, направо, намереваясь ехать домой. Стройная девушка голосовала перед перекрёстком. Он заметил её не сразу: сказалась усталость от напряжённого дня. Илья мог бы проехать мимо, как делал в таких случаях всегда. Но какой-то неожиданный для него самого импульс заставил его остановиться у тротуара. Она стремительно подошла, наклонилась к открытому им окну и произнесла:
— В Гиват Рам не подвезёшь?
Он мог бы сказать «нет», что едет в другую сторону. Но в это мгновение внезапный интерес к девушке изменил его планы.
— Садись, подвезу, — произнёс он, с любопытством наблюдая, как она благодарно улыбнулась и ловко села в кресло возле него.
— Я тебе очень благодарна. Хотела даже поймать такси, но те куда-то исчезли.
— Тебе нужно в кампус университета?
— Да, у меня там лекция по новой системе программирования.
— Мы успеем? — поинтересовался он.
— Надеюсь. Лекция через двадцать минут.
Несколько минут они ехали молча. Он время от времени поглядывал на неё в зеркало. «Мила, возможно даже красива, — подумал он. — Надо бы поговорить.»
— Как тебя зовут? — спросил Илья.
— Елена. А тебя?
— Илья.
— Похоже на праведника и пророка Элиягу.
— В бывшем Советском Союзе многим евреям давали имя Илья. Наверное, это обрусевшее имя Элиягу.
— То, что ты поступил по отношению к незнакомому человеку праведно, подтверждает твою гипотезу.
Они выехали на проспект Герцля и вскоре заехали на автостоянку возле центрального входа в кампус.
— Я завтра снова буду на Хар Хоцвим, — сказала Елена, уже поставив правую ногу на асфальте. — Если хотите, подъезжайте туда, как сегодня.
Её предложение повергло его в ступор. Он лишь кивнул в ответ и молча посмотрел ей вслед.
«Она со мной заигрывает? — подумал Илья. — Не похоже. Просто ведёт себя свободно и без фокусов. А фигура у неё замечательная».
Всю дорогу домой он думал о произошедшей встрече, которая казалась ему обыкновенной. Каждая молодая женщина может вызвать какие-то чувства. Такими нас создала природа. Но что так его вдруг взволновало?
Почти весь следующий день прошёл в непрестанной работе. Он поймал себя на мысли, что этим словно защищает себя от непрошенных мыслей о девушке. Поняв, что такая самозащита наивна и не позволяет решить проблему, он заставил себя успокоиться и подумать. Можно, конечно, не ловить её на перекрёстке и не встречаться с ней. Но признаться себе, что боится снова увидеть её… Это неприемлемо. Он любит Юлю. Ему не о чём беспокоиться. Ну подберёт он девушку по дороге, подвезёт её на лекции, поговорит с ней о чём-то. Это же так естественно для человека.