— Познакомьтесь, это Леа, моя невеста, — сказал Виктор, входя в гостиную.
— Я очень рада с вами познакомиться. Я думала, что такой чудесный сын может быть только у замечательных родителей.
— Илья, — представился отец и указал на жену, — а это Юлия, его мама.
— Когда наш сын сказал, что женится, я заволновалась, — сказала Юлия. — Мне показалось, что он торопится. Ведь чтобы узнать человека, нужно время.
— Бывает, люди быстро узнают друг друга, — произнесла Леа. — Я адвокат по семейным делам. Я вижу, как многие семьи после долгих лет распадаются. Казалось бы, знакомство в течение нескольких лет перед браком должно быть гарантией его надёжности. А Виктор сразу раскрылся всеми своими чертами характера.
— Я не сомневаюсь, что вы приняли верное решение, — заявил Илья. — Я смотрю на тебя и думаю, что наш сын сделал правильный выбор.
— Я тоже надеюсь, что не ошиблась в нём, — улыбнулась Леа.
— За это нужно выпить, — сказал Илья. — Прошу всех к столу.
Виктор с интересом наблюдал, как отец ухаживал за Леей и рассказывал смешные истории, а его возлюбленная развлекала всех случаями из судебной практики. Юлия спросила о родителях и внимательно её слушала. Они тепло попрощались с ней и поцеловали сына.
— Ты им понравилась, — произнёс Виктор, когда они садились в машину.
— Они у тебя славные. Поэтому и ты такой.
Она нагнулась к нему и поцеловала в щеку.
— Завтра я договорюсь с моими, и мы к ним поедем знакомиться.
Он кивнул и завёл мотор. Им предстояла ещё одна волшебная ночь.
3
В начале июня Израиль был взбудоражен похищением и убийством трёх подростков в районе Гуш-Эцион, расположенном к югу от Иерусалима. Ребята вышли из ешивы и стали ловить тремп на перекрёстке, чтобы добраться домой. Так они делали всегда. Они сели в остановившуюся машину и вскоре поняли, что это террористы и их хотят захватить в заложники. Службы безопасности прочесали весь район, и арестовали и допросили сотни арабов. Трупы ребят нашли только в конце месяца.
Массированные ракетные обстрелы территории Израиля привели к военной операции «Несокрушимая скала» в секторе Газа. На второй день Виктор получил экстренную повестку номер 8. Звонили по телефону. Он как резервист должен был явиться в свою воинскую часть на границе с Газой. Он сразу же перезвонил Лее.
— Меня мобилизуют.
— Боже мой. Ты отправишься сегодня?
— Так мне сказали.
— Почему тебе не прислали повестку?
— Призыв по экстренной повестке Цав 8 может осуществляться и по телефону. Есть такая инструкция по вызову резервистов.
— Ты ещё на работе?
— Пока ещё. Но я, конечно, сейчас уйду. Только скажу Итамару.
— Я еду к тебе в Бейт-ха-Керем.
— Хорошо, любимая.
Когда он подъехал к дому, его встретила Леа. Они вместе поднялись в квартиру. Виктор достал из шкафа вещмешок и стал складывать в него мыло, зубную пасту и щётку, полотенце, электробритву, носки, трусы и майки. Потом надел свою военную форму, которую четыре года назад положил на полку в шкафу. Леа наблюдала за его сборами.
— Когда же это кончится? Каждые два года операции в Газе. Неужели нельзя с ними покончить?
— Для этого нужно полностью завоевать и разрушить Газу. И всех оттуда выгнать. Там нет мирных граждан. Все либо боевики ХАМАС, либо его поддерживают.
— И эти террористы будут нас всю жизнь обстреливать?
— Как только мы начинаем военную операцию, против нас поднимается весь мир. Организация Объединённых Наций и Совет безопасности требуют, чтобы мы прекратили бойню. Все СМИ кричат, что мы убиваем мирных граждан.
— Я прошу тебя не лезть на рожон. Ведь ты всего лишь резервист.
— Я постараюсь.
— Тебе идёт эта форма.
— Я в ней воевал во время операции «Литой свинец» в начале две тысячи девятого года. Я служил в Гивати. Бригада действовала в городе Газа и в Джебалии.
— И ты видел там жителей?
— Их там почти не было. Наше гуманное командование звонило им по телефонам и сбрасывало листовки с просьбой эвакуироваться.
— Ты кого-нибудь убил там?
— Конечно. Иначе убили бы меня. В моей роте никого не убили, но было много раненых.
— А где были боевики?
— В домах сидели снайперы. Но большинство спустилось в туннели и бункеры, которые есть почти под каждым домом. Тогда нам удалось взорвать около сорока. Но, говорят, их тогда было больше двухсот пятидесяти. И они продолжают рыть. Они копают и через границу. Их цель — захватить заложников, таких как Гилад Шалит. И вымогать у нас выпустить из тюрем тысячи террористов. Мы же гуманные люди.