Они сели за стол под зонтиком и подозвали официанта. Он принял заказ.
— Как будем возвращаться в гостиницу? — спросила Леа.
Виктор открыл карту.
— Недалеко находится Пантеон, — он ткнул его пальцем. — Сооружение уникальное. Надо посмотреть. Потом пойдём к фонтану Треви. А от него совсем рядом станция метро.
Они поели, выпили кофе и направились к Пантеону. Через минут пятнадцать они вышли на площадь.
— Представляете, его построили ещё до новой эры, — сказал Виктор. — Я читал, в честь победы Октавиана над флотом Антония и Клеопатры. У него уникальный бетонный купол.
Они вошли внутрь. Огромный серый купол с большим круглым отверстием производил впечатление.
— Шедевр, — восхитился Михаэль. — Такой даже сегодня не могут построить.
— Между прочим, здесь похоронен первый король Италии Виктор Эммануил, — произнёс Виктор. — Он считается объединителем Италии. Хотя настоящий объединитель — Гарибальди.
— Где-то там захоронение Рафаэля Санти, — напомнила Дина, показывая на один из алтарей. — Я здесь была после службы в армии.
Они вышли из Пантеона.
— Отсюда недалеко до Треви, — сказал Виктор, смотря на карту. — Надо идти по этой улице.
Он указал на улицу Мюрата. Они продолжили путь. Огромный фонтан, примыкающий к фасаду палаццо Поли, кипел потоками воды, омывающими тела людей и лошадей. Над ним величественно возвышалась скульптура бога морей Нептуна.
— Все скульптуры здесь того же Лоренцо Бернини, — пояснил Михаэль.
— Гениальный скульптор, — сказал Виктор. — Он, между прочим, и автор стиля барокко.
— Да, потрясающе. Я брошу монеты, чтобы вернуться сюда.
Дина достала из сумочки и раздала всем монеты.
На другой день решили посмотреть Термы Каракаллы. Оттуда пошли к Большому цирку.
— Здесь недалеко находится место, которое кто-то назвал детектором лжи, — сказал Виктор.
— Пойдём туда обязательно, — улыбнулась Леа. — Нужно же знать, кто обманывает, а кто говорит правду.
— А я знаю, о чём речь, — произнесла Дина. — Там на мраморной круглой плите физиономия с отверстием для рта. По-моему, называется Уста Истины.
Вскоре они уже стояли там, с некоторой боязнью всовывая руки в отверстие.
— Ты меня любишь? — спросила Леа, когда Виктор сунул туда руку.
— Люблю, — ответил он и засмеялся, вынув руку. — Ты знаешь, это действительно действует на людей психологически.
Возле Театра Марцелла они остановили такси и попросили довезти их до галереи Боргезе.
Из Рима они выехали утром на арендованном автомобиле. Виктор и Михаэль договорились меняться за рулём каждый час. Трёхполосная дорога А1 петляла между зелёных полей и перелесков. В отдалении справа и слева от неё порой поднимались невысокие горы.
— Эта трасса пронизывает Италию с севера на юг, — сказал Виктор. — Наши родители проехали по ней несколько лет назад.
— Какие пейзажи! — произнесла Леа. — Замечательная страна. Народ, живущий в этой красоте, впитал в себя гармонию и создал великое искусство. Говорят, что большинство произведений искусства находится в Италии. А во Флоренции половина из них. Она в этом превзошла даже Рим.
— Это благодаря династии Медичи, — с пафосом заявила Дина. — Они были не только правителями, но и меценатами и покровителями искусств. Флоренция превратилась в столицу искусств. Козимо приглашал сюда лучших художников и скульпторов. А также литераторов и философов.
— Ты хорошо подготовилась к поездке, — иронично похвалил её Михаэль. — Можно развить твою мысль?
— Конечно, — улыбнулась Дина.
— Флоренция дала начало эпохе Возрождения. Здесь творили Леонардо да Винчи, Микеланджело и Донателло. Кроме того, в этом благословенном городе жили великие писатели и мыслители Данте Алигьери, Никколо Макиавелли и Джованни Боккаччо.
— Ты владеешь материалом не хуже меня, — сказала Дина.
— Не пропустите поворот на Флоренцию, — предупредила Леа.
Вскоре они уже ехали по набережной реки Арно. По мосту Америго Веспуччи переехали на другой берег и продолжили путь вдоль реки. Возле моста Понте-Веккьо припарковали машину и покатили чемоданы к гостинице Palazzina Fusi. Из номеров хорошо просматривалась площадь Синьории. Перекусив в ближнем кафе, они направились туда.
— Количество скульптур на этой площади немыслимо, — сказала Леа. — Я слышала, что власти города хотели подарить Иерусалиму статую Давида.
— Наши раввины не согласились, — усмехнулся Виктор. — Сказали, что у Микеланджело он не обрезан.
— Очень жаль. Пусть они бы сами и обрезали.
— Это очень хорошая копия Давида, — пояснил Михаэль. — Оригинал находится в Академии.