- А что-то случилось? - неуверенно протянула девушка, сидящая за стойкой.
- Мне нужно с ним поговорить, где он?
- Я сейчас вас провожу к нему, - из-за соседней стойки встала полная женщина в красном платье и повела за собой детектива. Они поднялись на второй этаж, где было куда живее, повсюду сновал народ, стоял гул и шум, чего не было на первом этаже, где ходило всего несколько человек. Пройдя по широкому холлу, справа которого стояли полки с книгамм, а слева столики, Грей почему-то вспомнил свою кафедру, которая была совершенно не похожа на это место, хотя оно является одним из бывших институтов. Вновь повернул направо и поднявшись по лесенке на этаж, Джон увидел, как перед ним открылся очередной широкий, но короткий коридор, в конце которого была массивная дубовая дверь с табличкой : "И. Рабинштейн - помощник министра внутренних дел''.
- Пройдите сюда, - показала женщина на дверь и пошла назад.
Ни секунды не мешкая, Грей без стука открыл дверь. Он увидел небольшую комнату, напоминавшую вход, только меньшего размера. Это была секретарская. Самого секретаря не было, но на его письменном столе лежала стопка бумаг. В стаканах на столе стояли ручки и карандаши, также рядом красовалась чернильница для печатей. Вдруг Грей заметил письмо на столе - на иврите, в котором говорилось о затратах помощника министра. Чёткий и ровный почерк был точно таким же, как почерк Рабинштейна, и подпись - недописанная буква "И" !
Грей постоял, оглядел стол и продолжил путь.
"Как хорошо, что мне отсылают письма от руки, так гораздо проще... " - размышлял археолог, стуча в дверь.
- Войдите! - раздался голос Израеля из-за двери.
Детектив вошёл в просторную и светлую комнату. Рабинштейн сидел за столом и попивал кофе, одновременно заполняя бумаги.
- Как, мистер Грей, это вы? Я ведь просил сохранять тайну, а...
- Мистер Рабинштейн, у меня к вам разговор. Вчера вы мне отправили письмо, вновь на итальянском и просили встретиться, вот мы и встретились. А теперь к делу.
- Я весь внимание! - натянул свои маленькие очки помощник министра. - Какие у вас соображения?
- Итак, начнём с писем. Вот это письмо я получил в среду вечером - показал письмо с угрозами Грей. - А вот первые два письма от грабителя. Они на иврите, то что я вам дал - на французском, но, как видите, почерк одинаковый. Видите, что за бумага? - взглянул на помощника Грей. - Вашего министерства. Значит, этот человек работает здесь и знает, где я живу, так как второе письмо подбросили мне под дверь. А теперь взгляните на эти два письма! - достал из кармана на брюках Джон. - Их вы отослал и мне, одно в понедельник, а другое вчера. И знаете, что меня поразило?
- Что же, мистер Грей? Не тяните, если вы что-то знаете, говорите прямо! - кипятился Израель.
- Сравните почерки, - холодно произнёс Джон.
Помощник министра внимательно просмотрел письма. Потом откинулся на спинку стула, снял очки и злобно произнёс :
- Что это за чертовщина? Вы меня обвиняете?
- Заметьте, я ничего не сказал... Но идея интересная. А теперь - включите, пожалуйста, музыку, любую.
Рабинштейн, не понимающий что происходит, вставил пластинку в проигрыватель, стоявший у окна. В комнате негромко зазвучала музыка Шуберта.
- Сэр, вы не могли бы сказать, где произошло ограбление сегодня? Я вас не обвиняю, но вы под колпаком. Я не вижу смысла в моём найме с вашей стороны, но будьте осторожнее! А сейчас я хотел бы поговорить с вами, мистер Рабинштейн, по душам.
Политик, немного пришедший в себя, тряхнул головой, натянул привычную улыбку и подошёл к сыщику.
- Да, мистер Грей, я невиновен, и готов помочь вам, если вы в этом нуждаетесь.
- О, благодарю, мне нужна карта Иерусалима. И кнопки.
- Вот, на стене, смотрите! - указал рукой над одним из кресел. - А кнопки - вот, держите, - подвинул коробку с кнопками Израель.
- Смотрите, вот христианская четверть, - показал тростью на карте археолог. - Первые три ограбления уже у вас указаны и находятся на одной параллели. Теперь оставшиеся два. Они оба на главной улице Христианской четверти, так?
- Да, так. Четвёртое ограбление напротив второго, а пятое напротив первого. Все четко, но, к сожалению, непонятно... - закачал головой помощник.
Грей расставил кнопки-флажки по местам ограблений. Плавная и красивая классическая музыка звучала в ушах и успокаивала собеседников. Грей думал и думал, глядя на карту, пока Рабинштейн от нервов начал закуривать сигару. Музыка наводила на множество воспоминаний, на которых Грей пытался сосредоточиться... И вдруг его осенило! Грей вспомнил эту музыку, хотя спокойно относился к Шуберту. Он понял, где слышал ее - в баре "Бетховен" , когда Фима объяснил ему вальсовую схему. Он все понял! Грей вынул салфетку из кармана и воскликнул: