- Вообще-то, сейчас светло и пока ещё работают рестораны, может, сходим на ужин, а потом я проведу вас по Нетании?
- Конечно, - поднялся с постели несколько помятый лорд и отправился в ванную освежиться.
Через полчаса знакомые беседовали в "Брамсе", не подозревая ни о каких планах и поджидавших их проблемах, с которыми они столкнутся в скором времени. Жизнерадостная Розали зачастую тихонько смеялась и всегда улыбалась, глядя на своих спутников. Грей хладнокровно резал стейк, слушая рассказы и легенды замка Смаферсов в Девоншире. Лорд рассказывал и про привидений, и про сундук, набитый золотом, и про многие другие легенды замка, построенного в одиннадцатом веке. После ужина они прошлись по ночной, но оживленной набережной. Луна серебристыми пятнами отражалась на морских тихих волнах, слабо бившихся о каменные выступы и небольшие утесы. Набережная была усеяна мелкими кафе и прилавками с мороженым, в которых работали местные. Изредка по трассе проезжал машина, поднимая за собой небольшой шлейф пыли.
Путники шли и обменивались историями из жизни, впечатлениями. Пройдя несколько миль, они повернули вправо и гуляли по маленьким улочкам и закоулкам. Затем они вышли на небольшую площадь, в центре которой журчал красиво подсвеченный разными цветами фонтан.
Грей отдал свою куртку замерзшей Розали, которая с радостью приняла её. Когда уставшие, но нагулявшиеся путники вернулись в домик на берегу моря, было около десяти вечера, так что все поочерёдно искупались и легли спать.
Грей долго не мог уснуть и ворочался с боку на бок. Он все думал о письме, как вдруг услышал выстрел, оглушительный в ночной тишине.
_______________________________________________________________________________
* "Ты моя краснощекая!", французский.
Глава 4. "Старик и море"
Разговорчивые люди плохи в деле.
У.Шекспир.
Вспомнив Тунис, Джон вскочил с постели и распахнул окно, зная, что по стене от его окна идёт лестница. Каково было его удивление, когда выстрелы стали повторятся, а самое главное - небо осветилось красными, зелёными синими и белыми красками, которые разлетались и гасли.
- Черт... - пробормотал Грей. - Салюты... Да, перенервничал я что-то после прошлого года. Да и ещё эти грабежи по Старому Иерусалиму, связанные с терактом... Прочитаю-ка я письмо ещё раз, - устремился вниз сыщик. Взяв с собой свечу, дабы не будить светом остальных в доме, он спустился по лесенке и открыл комод, в котором лежало брошенное им письмо, написанное угловатым летящим почерком на безупречном итальянском языке, которое гласило :
"Здравствуйте, мистер Джон Грей.
Я нуждаюсь в вашей помощи! В Иерусалимском старом городе, как стало известно, девятого августа собираются устроить теракт. Также было сообщено, что будут происходить грабежи, устроенные теми же людьми, которые устроят теракт. Просим вас во вторник в одиннадцать быть в Яффе в ресторане "Старик и море", так как нужно прояснить подробности.
P. S. Прошу вас сжечь письмо, ибо попади оно кому-то на глаза, наше министерство будет опозорено. Знаю, что вы коллекционируете печати - эту вы можете сохранить.
Ваш, Израель Рабинштейн, помощник министра по внутренним делам Израиля. "
Несколько раз проглядев строки, Грей аккуратно срезал подогретую свечей печать и, держа в руках, пошёл к себе в комнату, где спрятал письмо и оставил сувенир остужаться у окна.
Повернувшись к окну, Джон подумал: " А всё-таки правильно он сделал, написав письмо по-итальянски, зашифровал, так сказать."
Детектив ещё долго лежал, не сомкнув глаз и постепенно дождался рассвета. "Уже четыре утра... " подумал археолог, разглядывая светлеющее в окне небо. Но постепенно он заснул, так как не спал всю предыдущую ночь.
Где-то около десяти утра, пока проснувшийся Джон валялся в кровати, Розали вышла из ванной и пошла вниз готовить завтрак. Под звонкое цоканье низких каблуков её туфель из своей комнаты вышел Смаферс и с непонимающе оглядел девушку.
- Извините, что разбудила.. - покраснела Розали.
- Ничего, мисс.
- Чем будете завтракать?
- А что вы даёте?
- То, что вы пожелаете, мистер Смаферс.
- Ну, тогда, если можно, яичницу?
- Конечно, минут через пятнадцать можете приходить на кухню.
Розали, все ещё постукивая каблучками по кухне, готовила завтрак. На её крик своему возлюбленному она услышала голос бодрого, не смотря на малое количество сна, Джона: