Людвиг обиженно замолчал. Оборотень отвернулся и уставился в стену. Я вздохнула и заговорила, стараясь по возможности аккуратнее подбирать слова
— Мы не можем вмешиваться во всё. Иначе просто не дойдем до драконьей долины. И брата твоего не выручим.
Принц мотнул головой
— Боюсь, его уже никто не выручит.
— Орна тоже. — Пробормотал Хорт, ни к кому не обращаясь.
Я медленно подняла голову и в упор взглянула на него
— Неправда.
Фет недовольно сверкнул глазами. А по физиономии рыцаря неспешно расползалась широченная усмешка.
Глава 6
— Идиотская затея.
— Тшшш…
— Но…
— Тихо.
Вор умолк и с легким раздражением покосился на рыцаря, залегшего среди камней, и терпеливо рассматривающего пустую тропу. «Что он туда смотрит, не видно же ни зги» — хмуро подумалось ему. Было тихо и холодно, камни и вовсе казались ледяными, нисколько не прогревшись за пасмурный осенний день. Сырость пропитала плащи, превратив их в малоприятные компрессы, от которых по телам друзей расползалась зябкая лихорадочная дрожь.
— Где его носит… — снова не сдержался Фет.
— Не шуми. — Хорт вынырнул из темноты и присел рядом с нами. — Я здесь.
— Нашел?
— Да. Они на ночевку остановились. Пять минут ходу.
— Так идем. — Оживился вор.
— Погоди. — Отмахнулся Людвиг — Ты его видел?
— Не совсем.
— Это как?
— Я чую, что он там. Но слишком близко подбираться не стал. Кони беспокоятся.
— Сколько их? — я перебралась ближе к парням, не ослабляя внимания.
— Судя по количеству лошадей, двадцать. На страже трое.
Значит, половина осталась на перевале. Уже лучше.
— Подходим с трех сторон, без шума снимаем часовых. Забираем Орна и уходим. — Молодой оборотень сверкнул глазами в темноте.
— Там колдун ещё должен быть.
— Не важно. На нашей земле чужая магия не действует.
— И маги слепнут?
— Что-то вроде того. — Усмешка у него вышла с изрядной нахалинкой. — Кровь постарайтесь не проливать — почует. Защиту мы снимем.
— А лошади? Они от одного вашего запаха взбесятся. — Продемонстрировал в свою очередь то ли врожденное ехидство, то ли проснувшееся впервые в жизни благоразумие Фет.
— Беру на себя. — Спокойно отозвалась я.
— Тогда нечего больше ждать. — Подвел итог Людвиг.
Хорт ответил насмешливым взглядом и растаял среди камней.
— Брр… — поежился вор. — Ну и гляделки.
— Угу. — Изобразила милую улыбку я.
Эльф открыл глаза. Огляделся. Зажмурился. Потряс головой и медленно приоткрыл один глаз. Наваждение не торопилось пропадать. Мрачная темная пещера превратилась в цветущий филиал легендарного Сада-за-Гранью. Он поднялся скользящим кошачьим движением. Кинжал сам скользнул в руку. Пусто. Неведомый маг, умудрившийся пробраться мимо невероятно чуткого дивного, не разбудив его, да вдобавок так изменивший его случайный приют, успел исчезнуть. В воздухе веяло тонкое едва ощутимое дыхание смутно знакомой магии. Тарриэль дернулся и сунул руку за пазуху. Нащупал тетрадь. Сел обратно на пол. «Ничего не понимаю». Выглянул наружу. Там по-прежнему лениво и упорно шел настырный дождь. И было ощутимо холоднее, чем в преобразившейся пещере.
Эльф вернулся внутрь. Убрал кинжал, недоумевающе покачал головой. Идти под дождь ему не хотелось нисколько. К тому же, торопиться вроде бы некуда. И незачем. Есть и положительная сторона — мокнуть и мерзнуть под этой серой мерзостью вовсе не обязательно. Дивный взглянул на потолок, понюхал распустившийся прямо на стене белый цветок и усмехнулся. Если еще и еда обнаружится… Он покосился на собственный отощавший мешок. Развязал тесемку. И широко ухмыльнулся. Ничего внепланового не появилось. А значит, уходить отсюда все же придется. Причем уже сегодня. А лучше — прямо сейчас. Дабы больше никаких чудес не случилось. А то как-то подозрительно.
Часовой зевнул, моргнул и снова уставился в темноту. Погоня, обещавшая быть недолгой и принести неплохую прибыль, ощутимо затягивалась, и конца ей не было видно. Да и вообще после деревни этой, да мага сумасшедшего, чуть не положившего их всех, пока до него не добрались мечи наемников. Пятерых там и схоронили, побросав тела в яму и засыпав землёй. Ещё четверо ранены. Не нравилось ему тут. Особенно после недавней стычки с непонятными существами, улизнувшими у них, опытных наемников, из-под носа. Впрочем, сбежали не все. Пленный — коренастый парень с широкоскулым лицом и колючими зверино-зелеными глазами — связанный валялся у костра. Его пытались спрашивать, но он лишь скалился и словно не замечал побоев. Старшие — тройка воинов, которых все остальные тихо побаивались, — отложили полноценный допрос на завтра. И спокойно так пообещали что тот, кто упустит гаденыша, займет его место. Потому и сторожили все с удвоенным, а то и утроенным вниманием, прислушиваясь к любому шороху. Пока все было тихо. Никто не рвался отбивать пленного.