Оливия, казалось, потихоньку превращалась в мрачную карикатуру на Дарси. Она стала стройнее, отрастила волосы, перекрасилась в блондинку и теперь носила такую же прическу, что и Дарси. Коринн с каждым днем становилась злее и агрессивнее, хотя вполне возможно, что ей просто до смерти надоели все эти сплетни. А что касается самой Дарси… Анна наблюдала за ней во время очередного школьного собрания и могла поклясться, что девушка бросала на директора Конноти многозначительные взгляды. Она действительно прошлой ночью провела в его кабинете два часа или это были просто слухи?
Над головой девочки принялась кружить муха. Анна попыталась отмахнуться от нее, но муха никак не хотела улетать и все жужжала, прилипчивая, как скотч. Что, если дело во мне? Что, если с моей магией что-то не так? Мое проклятие могло как-то повлиять на заклинание?
За обедом их стол гудел не только от мух. Когда положение Дарси пошатнулось, Эффи позаботилась о том, чтобы позиции ковена упрочились, – и теперь девушки были окружены поклонниками. Даже самые популярные ученики школы начали поглядывать в их сторону.
– Доказательства неоспоримы, – засмеялась Эффи, пуская свой телефон по кругу.
Кому-то удалось подловить Дарси, с тоской смотрящую на директора Конноти, и дорисовать на фотографии возле головы девушки мультяшные сердечки. Выходит, я не единственная, кто это заметил…
Мэнди хихикнула и передала телефон Лидии. Анна заметила, что Мэнди начала пользоваться косметикой. Она даже позволила Эффи коротко подстричь ее, на этот раз не магическими ножницами, а обычными.
– Мерзость какая.
– Может, ей нравятся мужчины в возрасте?
– Может, ей нравится его суровость?..
– Я слышала, она не сразу покинула собрание студсовета на прошлой неделе…
Анна поймала взгляд Аттиса. Он был единственным, кому, казалось, обсуждение интрижки Конноти было ни капельки не интересно. Молодой человек был в курсе переживаний Анны по поводу слухов – он все чаще наведывался в музыкальный класс, чтобы послушать ее игру и поговорить. Девочка привыкла к его присутствию и обнаружила, что музыка при Аттисе вытекает из ее пальцев все так же охотно, как и в его отсутствие, может быть, даже течет чуть плавнее.
– Питер! – внезапно окликнула Эффи появившегося в дверях гостиной молодого человека.
Анна подняла глаза на Питера. Он презрительно смерил взглядом Эффи, но потом заметил, что вокруг ее столика собралось немало его друзей.
– Не переживай, я не заставлю тебя сидеть у меня на коленях. Но ты можешь присесть сюда – рядом с Анной, – сказала Эффи.
Несколько человек захихикали. Анна почувствовала, как кровь приливает к ее щекам, и смерила Эффи осуждающим взглядом. Питер осторожно приблизился к их столику.
– Эффи, – презрительно отозвался он. – Все еще сеешь хаос и разрушения?
– Все еще отказываешься повеселиться вместе с нами? – ответила Эффи с вызывающей усмешкой. – Хотя прежде тебе бы стоило избавиться от своей подружки. Мы как раз говорили о ней.
– Я бы предпочел, чтобы вы этого не делали.
– Да ладно тебе, приятель, это же просто шутка, – улыбнулся Том.
Питер покачал головой и сел рядом с Анной, в то время как остальные продолжили обсуждать новую порцию сплетен. Питер повернулся к девочке:
– Мне стыдно за своих друзей.
– Мне стыдно за Эффи.
Они обменялись улыбками. С тех пор как Анна попросила Питера остановить игру с фотографиями Роуэн, они едва ли перебросились парой фраз. Казалось, это было давным-давно… Теперь они с Эффи и остальными затеяли собственную игру, и ставки были как нельзя высоки.
– Мы просто должны держаться вместе, так? – Питер легонько толкнул девочку локтем в бок. – Тут все совсем плохо с десертами, Эверделл. Все уже в курсе, что здешний рисовый пудинг – просто слизь, фаршированная мухами. – Молодой человек ковырнул его ложкой. – Вот, пожалуйста, что я говорил?
– Спасибо. – Анна тут же почувствовала себя виноватой и опустила глаза, чтобы не встречаться с изучающим ее взглядом Питера.
– Чертовы вредители, я думал, от них уже избавились. – Он поймал муху прямо в воздухе, убил ее и стряхнул мертвое насекомое на пол. – Лучше ходить обедать в кафе. Я, кстати, тебя там давно не видел – ты какая-то неуловимая. – Улыбка Питера стала шире, и Анна почувствовала, что краснеет еще сильнее.
– Я попробую как-нибудь вырваться, – тихонько ответила она.
– О-оу, – внезапно сказала Эффи посреди очередной вспышки смеха.