– Разве моя мама умерла из-за проклятия?
– О да, да, и ты умрешь по той же причине. Играя с любовью, ты играешь со смертью. – Яга захохотала, и ее открытый рот показался Анне бездонным.
Девочку охватил страх, от которого она не могла убежать, – как можно убежать неизвестно от чего?
– При чем тут любовь? – спросила она.
– О, все проклятия начинаются с любви.
Анна подумала о ненависти тети ко всему, что связано с любовью, о ее предупреждениях и внезапном интересе к Питеру… Неужели их семейное проклятие началось с любви?
Яга подошла к девочке и прошептала ей на ухо:
– Все, что тебе нужно, у тебя уже есть. А теперь оставь старуху в покое.
Анна заметила в витрине магазина у себя за спиной отражение Эффи с Аттисом – он душил девушку точно так же, как отец душил мать Анны.
Девочка резко обернулась, больше всего на свете желая лишь одного – чтобы кошмарное видение исчезло.
– В чем дело? – спросил ее Аттис.
– Все в порядке.
Анна повернулась к Яге, но старушка была уже далеко – она спешила вниз по улице, толкая тележку перед собой, а люди разбегались, чтобы дать ей пройти.
На обратном пути между ребятами повисло ошеломленное молчание. Разум Анны все еще тонул в темном омуте глаз странной старушки.
Внезапно Аттис захихикал каким-то неестественно высоким – по сравнению с глубиной его обычного голоса – смехом:
– Ненавижу фразу «я же говорил», поэтому попытаюсь переформулировать. Я оказался прав. Эта женщина – настоящая психопатка. Сбежавшая из психушки строгого режима. Проклятия, пророчества, загадки… Какая чушь!
– Однако она весьма могущественная, надо отдать ей должное. – Бледная как полотно, Эффи переводила взгляд с Аттиса на Анну и обратно. – Те видения-химеры, которые она нам показывала, вы ведь тоже их видели?
Они завернули за угол и оказались на главной улице Брикстона, где их встретила огромная толпа людей. Анне пришлось обходить ее стороной, и ребята разделились. Впрочем, девочка была благодарна за внезапную паузу в их разговоре – она не хотела отвечать на вопрос Эффи. Ей не хотелось описывать свои видения. Интересно, что видела Эффи? Анна повернулась и встретилась с Эффи взглядом. На секунду между ними разразилась безмолвная битва. Ни одна из них никогда бы не призналась в своих видениях. Анна вспомнила сплетенные тела Эффи и Аттиса, руки Аттиса на шее Эффи – подобные образы было не так-то просто выкинуть из головы.
– Надо отдать ей должное, драматизировать она умеет, – мрачно заметил Аттис. – Анна, надеюсь, ты не восприняла ее слова всерьез?
– Какие именно? Что я проклята? Что надежды нет? Что я умру?
– Типа того.
– Правда скрыта на листе. Зеркало прячется внутри зеркала. Зеркало – это ключ.
– Планируешь гоняться за призраками? Эти бесплодные поиски могут быть опасными… – предостерег девочку молодой человек. – Слушайте, тут на рынке есть отличная пиццерия. Предлагаю утопить наши печали в плавленом сыре.
– Я, пожалуй, поеду домой. Мне нужно привести мысли в порядок, – сказала Анна.
Она уже начала спускаться в метро, когда Аттис схватил ее за руку:
– Если ты сейчас пойдешь домой, то будешь переживать всю ночь.
Эффи громко закашлялась.
– Я тоже поеду домой, – заявила она.
Анна тут же сбросила руку Аттиса и посмотрела на Эффи. Девушка стояла, скрестив руки на груди, на верху лестницы, ведущей на станцию метрополитена, загораживая проход всем, кто торопился спуститься вниз. Анна не ожидала когда-нибудь услышать от Эффи, что она собирается остаться дома в пятницу вечером.
– Эй, а как же плавленый сыр? – крикнул Аттис Анне вдогонку, но девочка была уже на полпути вниз.
Впереди послышался грохот очередного поезда, напомнивший Анне смех сумасшедшей старушки.
Майское дерево
Договорной узел: символизирует непреложный обет.
В настоящее время полиция пытается связать между собой так называемые неестественные события, число которых неуклонно растет. Что за ритуал пытались провести безликие женщины несколько месяцев назад на Елизаветинской башне? Была ли их смерть попыткой высвободить какую-то темную силу, которая теперь гуляет по столице? – спрашивает Халден Крамер, руководитель отдела по коммуникациям Института исследования организованного и ритуального насилия.