— И что мы будим делать среди такой массы руин и трупов? — немного задумавшись, не согласился Гали и возразил Крошу. — Опять повторить эпопею Звана? Лично меня такая перспектива в корне не устраивает. Хотелось бы свои оставшиеся годы прожить немного интересней и с цивильными развлечениями. Да я при одном только вспоминании тех одиноких диких лет в тоску впадаю.
— А чего умного ты хочешь предложить взамен? — кричал Крош, хватая Гали за руку.
— По-моему, хорошей трепки будет вполне достаточно, чтобы вселить в их мозги страх и уважение к нам. Максимум половину развалить и истребить, а остальных запугать и пусть существуют ради нашего блага и удовольствия. Ты сам опять в дикари желаешь? Нет, и я тоже не очень. Мне на Зване по горло хватило.
— Полт прав, — высказал свое мнение Муар. — Но и предложение Гали нравиться не меньше. Однако прислушаемся и к мнению Кроша. Понимаете, мне кажется, что здесь требуется напрячь мозги по-максимуму. Не хотелось бы жить среди руин и в смраде гниющих трупов. Полный дискомфорт. С таким успехом она нам, эта планета, и без надобности. От чего бежали, к тому и вернулись. Если просто напугать, то эффекта так же не добьемся. Получится вечная угроза с их стороны.
— Ты не страшилки нам рисуй, а чего-нибудь дельное предложи. Ужасы мы и сами без тебя представляем, — прикрикнул на Муара Полт, требуя внести свое видение предстоящего поведения у всех. — Нам хочется услышать практичное и реально осуществимое.
— Лично мне представлялось стать президентом всей этой планеты. Единого государства. Действительно, а почему бы на не направить свои идеи не на уничтожение, а на покорение. Потом уже можно создавать вокруг себя партии единомышленников из местных, руками которых и управлять миром. Пять президентов с единым правлением и равными полномочиями. Только без возвышения кого-либо над другими. Я согласен на равную долю власти. Без привилегий.
— Многовластие? А не сильно ли ты хочешь все усложнить? На все мозгов не хватит, — возразил Крош. — Много очень функциональных обязанностей навешать хочешь.
— Откажись, — хохотнул Полт. — А мне понравилась такая идея. Но еще требующая осмысления.
— Мы для того и собрались здесь, чтобы всю нюансы осмыслить, — согласился Гали.
— Войэр, а ты чего молчком отсиживаешься? Высказаться не желаешь по судьбе этой планеты? — прервал размышления Войэра Полт. — А ведь чувствую, что у тебя есть особое мнение. Вид у тебя через чур задумчивый и загадочный, словно мысль интересную перемалываешь. С нами не хочется поделиться?
Войэр встал и, молча, прошелся по отсеку, пристально вглядываясь в лица своих вынужденных попутчиков. Не говорить же им правду о своих истинных мыслях. Понять, не поймут, а озвереют еще крепче. Только некуда дальше звереть. И так уже, слушая их, понимаешь, что окружают его полные отморозки с озверевшими взглядами страшных и опасных хищников. У него есть свое мнение по поводу такой долгожданной встречи в безмолвном и безмерном космосе с братьями по разуму. В таких случаях его мнение не разошлось бы с его собратьями, оставшимися в том далеком и потерянном мире. Он громко и с распростертыми объятиями хотел бы кричать: "здравствуйте, друзья, мы с миром пришли, чтобы поделиться своим счастьем от такой встречи!".
Но в этом споре, в этой полемике он даже намеков на такие ассоциации не услыхал. Вся мощь их остатков мозгов, их воспаленного разума нацелена на смерть. В эту секунду промелькнула досада, что не уничтожил их еще до пробуждения. Если бы хоть мог догадываться о таких перспективах со встречей с разумной цивилизацией, то приложил бы усилия к тому, чтобы без агрессий и бряцаний оружием с восторгом и дружескими приветствиями с миром и доброжелательностью сесть на поверхность этой планеты. Как друг и посланник добра и любви.
Он не отрицает, что эта планета требует более тщательного изучения, как поверхности, так и самих существ, населяющих ее. Но в любом случае ее населяют цивилизованные технически грамотные разумные существа со своим менталитетом и обычаями, с привычками, свойственными им. Они любят, размножаются, решают свои земные проблемы и возникающие вопросы. На этой планете наличествует настоящий человеческий разум. Не выходят в космос с агрессивными намерениями. Это только они на весь необъятный космос единственные в своем роде.
Но такие отклонения могут возникнуть в мозгах редких и незначительных личностях, коих процент мизерный на весь мир. Не бывает плохим народ, бывают редкие больные и юродивые. Но даже если жители этой планеты и имеют ряд отличий от нас, то вовсе не означает, что с ними невозможен диалог. Можно и нужно договариваться. У них на корабле масса полезной для местных аборигенов информации, которой с радостью можно поделиться. А теперь у Войэра единственная мысль, зудящая и сверлящая мозги. Как спасти братьев младших от этих старших монстров? В любом случае, если остаться в их стане, меня ждет смерть. Если не от своих попутчиков, то от карающего меча защитников этой цивилизации. А они не захотят превратиться в рабов и окажут достойное сопротивление.
— Я против планов всех вас четверых, — наконец высказал свое мнение Войэр. — Ваши намерения гибельны для нас во всех вариантах. Интересно, на сколько залпов гравитационной пушки вы можете рассчитывать? Двадцать-тридцать? И все. Далее вы становитесь беззубыми и беспомощными. А ваши злостные рычания они бояться будут максимум несколько мгновений. Вы, господа, забыли один простейший факт, что наш корабль залетел на станцию ради профилактической проверки и дозаправки. Он возвращался из экспедиции домой, на отдых, а не собирался в дальний рейс. И получил на нашей станции минимум необходимых продуктов жизнеобеспечения. А ему и не требовалось излишняя заправка и дополнительная зарядка пушки. Так что, у нас остались лишь неиспользованные заряды. А наша станция ему нужна была для благополучного полета до дому.
— И что ты хочешь этим сказать? — со злостью спросил Муар, выражая всеобщее отношение к словам Войэра. — Мы, получается, не имеем возможностей для борьбы с ними?
— Пока нам никто не угрожает, — не обращая внимания на реакцию товарищей, спокойно ответил Войэр.
— Это пока, но если мы начнем войну, на что нам можно рассчитывать, как ты предполагаешь?
— Предположить ничего конкретного я не могу. Но наших сил вполне хватит, чтобы разворошить улей или раздразнить дикого спящего зверя. Вот тогда пощады не ждите. Единственное средство спасение — лететь подальше от их солнца. У них есть выход в космос, а стало быть, возможность достать нас на любой доступной орбите, кроме, как за пределами системы их звезды. И стоит лишь нам легонько их укусить, как сразу ощутим их атаку всей мощи. Огрызаться будут с яростью самки, спасающей своих детенышей. И не успокаивайтесь мыслью, обманывающей наше осознание их беспомощностью перед нашей мощью. Я допускаю, что их космическая техника в начальной стадии развития, но уверен, что локация достигла тех высот, чтобы уже наблюдать за нами и строить свои предположения. Но только смотреть они будут до тех пор, пока мы мирные.
Войэр внес в компанию раздор и разногласие. Сразу же разгорелся спор, шум, гвалт с перекрикиванием и жестикулированием, близким к рукоприкладству. Вот сейчас Войэр счел бы благоразумным их поведение, если бы они просто перебили друг друга. Насколько облегчили бы его задачу и планы на будущее. Но он сам рекомендовал Полту, и с его мнением согласились все, включить в рацион ежедневный и регулярный подконтрольный прием препаратов, успокаивающего действия, чтобы исключить любую вероятность агрессии по отношению к товарищам.