— Я... ну...
— Который месяц уж несут тебя ноги из дому. Каждый день почти. Повстречала кого? — ухмыльнулась бабушка, прищурив затуманенные глаза. — Звать его как?
Игла помяла плетёную ручку корзинки за спиной и зарделась до самых ушей, пытаясь сдержать улыбку, хотя бабушка и не могла её увидеть.
— Светозар.
— А, знаю мальчонку, — закивала бабушка. — Мать его у нас на пороге рожала. Тяжёлые, помню, роды были, едва Морена его не забрала. Стало быть, ещё тогда дорожка его сюда вела. Чудеса-а. Ну, беги, внучка. Только будь осторожна, за сердцем ступай, да думать не забывай.
Игла заулыбалась, обняла бабушку и поцеловала в морщинистую щёку:
— Ты у меня самая лучшая, ты знаешь?
— Иди уже, — засмеялась бабушка. — Твоя дорожка ведёт далеко, но начало ей положить надо.
Светозар как обычно уже ждал Иглу на берегу, сидел на траве и, высунув кончик язык, сосредоточенно вырезал ножичком только ему одному известную загогулину из кривой палки. Заслышав шаги, он поднял голову и просиял.
— Ты пришла!
— Ты же меня позвал, — улыбнулась Игла, села рядом и поставила перед Светозаром корзинку. — Я пирогов принесла. Капустных.
Светозар тут же потерял интерес к палке и заглянул в корзинку, а потом внимательно посмотрел на Иглу.
— Зачарованные небось? Приворожить меня вздумала?
Игла фыркнула, схватила два пирожка и быстро надкусила каждый.
— Не хочешь — не ешь, — сказала она с набитым ртом. — Мне больше достанется.
— Эй! Ты же мне их принесла! — Святозар схватил корзинку и прижал к груди. — Я же пошутил.
— Пока ты шутил, я пообедала. — Игла высунула язык, засмеялась и демонстративно затолкала в рот остатки одного из пирожков.
Светозар скорчился, показывая своё недовольство, вытащил пирожок и, внимательно осмотрев со всех сторон, надкусил, но тут же не удержался и сунул в рот целиком. Игла с пониманием хмыкнула, пирожки бабушка пекла действительно до безумия вкусные.
— А что это ты делаешь? — спросила Игла, кивая на обструганную палку.
— Стрелы. — ответил Светозар. — Вчера приехал дядька из соседней деревни, говорит, что к нам гвардейцы едут. Сама командующая Воронов будет воспитанников в Вольскую гвардию набирать. Ищут чародеев, но воины тоже нужны. Надо ей показать всё, на что способен. Я буду из лука стрелять и на кулаках биться.
— Ты... — сердце у Иглы оборвалось. За несколько быстрых месяцев она успела привыкнуть и полюбить их каждодневные встречи. — Хочешь уехать из деревни?
Светозар с готовностью кивнул.
— Хочу с нечистью сражаться, людей защищать. — Он повернулся к ней и посмотрел чуть исподлобья. — И тебя.
Игла поджала губы. Грудь давило обидой, и Игла отвернулась, чтобы скрыть слёзы. Мысль о расставании с недавно обретённым другом оказалась больнее, чем Игла могла себе вообразить.
— Не нужно меня защищать! Я сама себя защитить могу!
— Ну, ладно. Тогда поехали со мной.
Игла вздрогнула и обернулась.
— В столицу?
— А отчего нет? Ты же ведьма! Тебя-то точно возьмут.
На мгновение ей это показалось прекрасным решением, и Игла даже заулыбалась, но почти сразу сникла.
— Бабушка меня не отпустит, — вздохнула она. — Она не любит гвардию, говорит, что нечисть нельзя рубить, с ней договариваться нужно. Да и я её оставить не могу, она уже старенькая, без меня не сможет.
Светозар перестал жевать и нахмурился, кажется, только теперь задумавшись о возможном расставании. Он коснулся плеча Иглы, и та вздрогнула, когда по телу пробежала странная волна тепла, от которой тут же разогрелись щёки.
— Ну, меня ещё никуда не взяли. А если возьмут, то я как отучусь, обязательно вернусь!
Игла подтянула колени к подбородку и положила положила на них голову. Вздыхая, она смотрела на блестящую реку, которая неслась далеко-далеко, в те земли, куда никогда не ступит её нога. Туда, куда собирался отправиться её единственный друг.
— А вдруг ты забудешь про меня и не вернёшься?
Светозар толкнул её локтем в бок и растрепал её распущенные волосы.
— Ну, чего ты? Как же тебя, такую рыжую позабыть?
***
Игла спала, свернувшись клубком на полу кареты. Иногда она чувствовала на себе пристальный взгляд, открывала глаза, но тут же закрывала снова. Иногда её подбрасывало на ухабах, но и эти пробуждения длились недолго. Окончательно Игла проснулась только к обеду. Со стоном села и ойкнула, врезавшись головой в раскрытую ладонь Дара.