— Долго будешь мной любоваться? — Изящный палец Дара с длинным ногтем нетерпеливо постучал по обложке книги, а потом, когда Игла опустила вгляз вслед за ним, переместился на её подбородок, ноготь впился в нежную кожу под языком и увлёк за собой выше, заставляя Иглу вгляднуть Дару в диковинные золотые глаза. Губы его тронула самодовольная усмешка, красивая, но холодная. — Знаю, отродясь такой красоты не видела, девчонка, но у нас дела.
Щёки залило тепло, Игла дёрнула головой и шлепком ладони отбросила руку Дара от своего лица.
— А чем любоваться? Тощий, бледный как поганка, изящный как девица.
Ухмылка Дара дрогнула, в глазах промелькнуло удивление. Игле даже подумалось, что она его задела, но в золоте тут же засверкали искорки смеха, а ухмылка стала ещё шире.
— А, ясно, такой как ты, поди, подавай крепких деревенских парней? Чтобы загар блестящ как бронза, грудь широка как горный хребет, а лапищи, — он пошевелил тонкими длинными пальцами, — как у медведя? Чтобы деревенских девок за мягкие места хватать было удобнее. — Он рассмеялся и добавил с издёвкой. — Такие парни тебе, дикая, по нраву?
Игла залилась краской пуще прежнего, рука сама дёрнулась к колечку на шее, но Игла сжала её в кулак.
— Не твоего ума дело, — выплюнула она, зло раскрыла книгу, чудом преодолев желание швырнуть её Дару в лицо. Она сощурилась, глядя на Дара. — Но, может, я пойду, а ты сам прочитаешь, что тут написано?
Дар сощурился в ответ.
— В игры решила играть, дикая?
— Хочешь знать, что тут? — Игла помахала книгой перед его носом. — Веди себя пристойно.
Разумеется, она бы никуда не ушла, потому как попросту не знала, куда идти, к тому же, в ней таилась надежда, что Дар, в отличие от неё, поймёт, что зашифровано в тексте. Но так просто проглатывать его издёвки она тоже не собиралась.
— Так что? Придержишь свой острый язык? — Игла перевернула страницу, делая вид, что раздумывает, как ей поступить.
Несколько должгих мгновений они смотрели друг на друга. В золотых глазах Дара плескалось нескрываемое раздражение, но он всё же растянул губы в притворной улыбке.
— Будьте так любезны, Иголочка, прочитать, что...
— Меньше желчи.
Дар оскалился, ноздри его раздулись, глаза превратились в тёмные щёлки. Он медлил, будто слова отказывались покидать его горло.
— Прочитай. Пожалуйста.
Игла удовлетворённо улыбнулась, похлопала Дара по плечу точно так же, как он сделал до этого. Заглянула в книгу и медленно, чтобы не спотыкаться на сложных словах, прочитала странный текст. Когда она закончила, снова посмотрела на Дара. — Это всё. Звучит, как полная бесмыслица. Я поняла только, что оружие, которым можно убить Кощея, — это какой-то клинок. Но какой? Нож, кинжал, меч? И где его искать? Ничего неясно, кроме того, что сестрица Кощея обожала загадки.
Дар задумчиво поглаживал подбородок, глядя куда-то сквозь Иглу, вглубь библиотеки.
— Знаешь, как называют сестрицу Кощея? — спросил он наконец.
— Если речь о Тёмных, детях Морены, то никто не знает их имён.
— Их настоящих имён, — поправил Дар. А Игла кивнула, вспоминая старую сказку, которую ей рассказывала бабушка:
— Потому что, кто знает имя Тёмного, владеет полной властью над ним.
Дар ухмыльнулся.
— Сейчас сестрица Кощея носит имя Славна, княгиня Тригорская.
Игла от удивления чуть не упала на пол. Быть того не может. Дочь Морены заправляет Тригорским княжеством? Одним из самых сильный княжеств всего Вольского Царства? И никто о том не знает? Опасная и бессмертная Тёмная, способная одним словом подчинить себе любого, чьё имя знает? Разве такое возможно?
— Так как называют сестрицу Кощея?
— Малахитовая царица, — без запинки ответила Игла.
— И?..
— И властительница гор.
Дар удовлетворённо кивнул и направился в глубь библиотеки. Заинтригованная Игла поспешила за ним. Они прошли с десяток стеллажей и остановились перед одним, сверху до низу заполненному свитками. Дар принялся рыться в них, без сожаления выбрасыпая на пол один за другим. Некоторые из них были такими древними, что превращались в пыль, стоило их только коснуться. Когда на полу оказалось больше половины стеллажа, Дар наконец нашёл то, что искал — свиток в резном деревянном футляре. Не сказав ни слова, Дар направился дальше, к большому столу, над которым тут же засветились белым светом подвешеные под потолком кристаллы. Приблизившись, Игла увидела, что на столешнице нарисована карта, охватывающая все три материка и даже Восточные острова на самом краю земли. У Иглы перехватило дыхание, она слышала, но никогда не представляла, какой же большой мир. Столько мест, в которых ей никогда не повыбать и которых никогда не увидеть. И весь он уместился на столе, выведенный чьей-то аккуратной рукой.