Тетя Паша, спец по бутербродам, только плакала и громко сморкалась в бумажную салфетку. Переживала — куда ж она теперь, потому что кафе как пить дать продадут. Алевтина Андреевна была строгая, выговаривала за любой просчет, все видела, заставляла переделать. Останься после работы и переделай! Задаром. Но все равно хорошо было, а сейчас куда? В ее-то возрасте! Она снова принималась плакать. На вопрос о врагах и конфликтах сказала, что не припомнит ничего подобного, разве на мужа иногда кричала в телефон, а так ничего.
Никакого Николая Ильича, скрипача, среди персонала филармонии не числилось. Капитан Астахов не поленился и просмотрел персональные данные сотрудников. Николай Ильич, которого он в конце концов вычислил, оказался на самом деле Николаем Максимовичем Ильиным, завхозом, мужчиной женатым и обремененным тремя детьми; был за ним грешок при знакомстве с прекрасным полом выдавать себя за музыканта.
— Опять Коля дурака валяет? — спросил завкадрами. — Тут его дамочки без продыху бегают и скандалят. И хоть бы ума хватало не называться музыкантом из филармонии! Его же вычислить раз плюнуть. Слабость у него к музыке, понимаете?
Об убийстве Ильин слышал, и было видно, что испугался.
— Да, да, я знаю! Трагическая история! Алечка… Алевтина Андреевна была таким человеком! Такой женщиной! Необыкновенной! И очень несчастной… между нами. — Он прижимал руки к груди и преданно заглядывал капитану в глаза. Нос капитана уловил сладкий запах его парфюма.
— Несчастная? Что вы имеете в виду? — спросил он.
— Ну как же! Вы же видели мужа Алечки? Он ей не пара, они не смотрелись вместе, понимаете? Они были чужими. Типичный мезальянс.
— Она жаловалась вам на семейную жизнь?
— Нет, конечно, но я же видел! Кроме того, у него есть любовница.
— Откуда вам это известно? Вы знакомы с ее мужем?
— У них автосервис, я покупаю там бензин. Я видел его с подругой Алечки… Она как-то нас познакомила. Имя еще такое необычное… — Он пощелкал пальцами. — Радда! Точно, Радда. В парке за театром, и эта Радда плакала! А он ее утешал. Даже невооруженным глазом было видно, что они близки. Вы понимаете, о чем я? — Он наклонился через стол к капитану, и тот отодвинулся.
— Вам знакомо это? — Астахов положил перед мужчиной куклу.
— Что это? Кукла? — Он достал из нагрудного кармана очки. — Господи, ну и страшилище! Никогда раньше ее не видел. А что? Вы хотите сказать… Что вы хотите сказать?
Капитан не ответил и убрал куклу. Спросил, где он был вчера вечером. Мужчина отрапортовал, что до пяти был в «Бонжуре» и пил кофе, а потом вернулся на работу. Им доставили новую мебель, пришлось торчать здесь до десяти вечера, и у него есть куча свидетелей.
…И что мы имеем на данный момент, спросил себя капитан Астахов, подводя итоги. Мало имеем, признал. Жертва, возможно, находилась в кафе одна, когда пришел убийца. Но не обязательно. В кафе могли быть посетители. Он незаметно перевернул табличку на двери и сел за столик. Заказал кофе. Кстати, всю посуду, что была на столиках, изъяли на предмет отпечатков. Сидел, пил кофе, ждал, когда все уйдут. После чего задушил жертву. Веревку принес с собой — никто из свидетелей ее не опознал. После чего выключил свет в зале и ушел. Дверь осталась незапертой. Просто удивительно, что туда никто не сунулся. Правда, на двери висело объявление «Закрыто», но кого когда это останавливало? Подергать за ручку, разглядывая объявление, — самое то. Свет в подсобке продолжал гореть. Перед тем как уйти, убийца положил на полку куклу с воткнутыми в нее булавками. И что бы это значило? Если, конечно, это его рук дело и кукла не находилась там раньше?
Идем дальше. У любимой подруги жертвы шашни с ее мужем. Ох уж эти любимые подруги! Муж требовал продать кафе, так как проблемы в бизнесе. Он простой мужик и вряд ли стал бы подбрасывать куклу. Убить мог, а куклу вряд ли. А если бы куклы не было, спросил себя капитан. А если куклу принес не убийца, а кто-то другой? Подруга, например? Он вспомнил лицо Радды, когда она увидела куклу. Изумление, испуг… Вряд ли. И убийцей она быть не может, так как рост ее около ста шестидесяти, коротковата. Официантка Надя? Нет. Она лицо пострадавшее, так как лишилась работы. Кафе, скорее всего, будет продано. Завхоз с перстнем? А мотив? Приврать и посплетничать — да, убийство — нет, кишка тонка. И алиби в наличии. Как ни крути, убийство Алевтины Лутак на руку в первую очередь мужу.
«Узнать про скандал на бывшей работе», — записал капитан в блокноте.
Муж-убийца, подруга-любовница… Классика.
И что интересно: все опрошенные жалеют в первую очередь себя, а уж потом хозяйку…