Глава 11
Безутешный вдовец
— Я не понимаю, чего вы от меня хотите! — в голосе Борисенко слышалось раздражение. — Моя жена умерла по нелепой случайности, что тут расследовать? Я не собираюсь отвечать на ваши глупые вопросы.
Крупный, с обветренным лицом, одетый как простой работяга, он враждебно смотрел на Шибаева. И тот, вспомнив богатый дом в престижном кооперативе, невольно подумал, что у этого мужчины есть другая, параллельная жизнь, и со своей женой он имел очень мало общего. Или вообще ничего. Даже то, что он постоянно сидит в Зареченске, лишь изредка «заскакивая» домой, говорит о многом. Кроме того, он был пьян — Шибаев ощутил витающий в воздухе душок алкоголя. И агрессивен.
— Владимир Андреевич, ко мне обратилась ваша родственница Елена Федоровна…
— Да знаю я! — резко перебил Борисенко. — Лена — прекрасный человек, но абсолютно ничего в жизни не понимает. Я не знаю, как вы на нее вышли, но со мной такие номера не проходят. Я понятно излагаю?
— Это она на меня вышла… — мирно заметил Шибаев. Несмотря на враждебность Борисенко, тот вызывал в нем все большее любопытство. Работяга, как сказала Елена Федоровна. Успешный бизнес, деньги, возможности… И все-таки работяга.
— Не важно! Я понимаю, что зарабатывают на жизнь по-разному. Кто-то вкалывает, кто-то сует нос в грязное белье, но ради бога, при чем здесь мы? — Набычившись, он смотрел на Шибаева и явно думал, что сейчас самое время дать в морду паршивой ищейке, всюду сующей свой нос. — Следствие установило причину смерти, какого рожна вам еще надо? Я сразу сказал Лене, что она затеяла глупость, а вы и рады. Лишь бы бабла слупить. Давайте, запишите меня в убийцы. Натравите этих подонков из чертовой «Лошади»!
«Вечерняя лошадь» была местным бульварным листком, кладезем сплетен, слухов и откровенного вранья.
— Вас никто ни в чем не обвиняет, Владимир Андреевич…
— А кого обвиняют?! — взвился Борисенко. — В доме, кроме нас, никто не живет! Она плохо спала и принимала снотворное. Она пила… Немного, но постоянно. Я уверен, что вы уже раскопали, что она лечилась. Этого мало? Что вы еще пытаетесь найти? Лена лепечет что-то про магию… Господи, какая магия! Так вы еще и экстрасенс?
Он упорно не называл покойную жену по имени. Шибаева кольнуло чувство, что Борисенко слишком много говорит, вместо того чтобы обсудить ситуацию спокойно и деловито. А по виду не скажешь, что трепач. Или зацепило? Он мог бы спросить: а что вам, неуважаемый частный детектив, нужно? Ведь не может не понимать, что весь его треп — в пользу бедных, как любит повторять Алик Дрючин, и ничего, кроме вреда, не принесет, так как заставит этого самого частного детектива присмотреться к нему повнимательнее. И желание пнуть его, Шибаева… С какого такого перепугу? Или Борисенко — сварливый тип, рот у которого вообще не закрывается, или клубы тумана неспроста, и он знает больше, чем говорит. Появление частного сыскаря вызвало у него досаду, а может, и опасения. Хотя в чем его можно упрекнуть? В том, что не уделял супруге должного внимания? Жил в другом городе? Не любил? Имел любовницу?
— Ладно, проехали… — Борисенко махнул рукой. Его словно выключили. — Извини, друг, устал как собака. Все как сговорились, сволочи! — Он задумался, уставившись в стол. — Веришь, не знаю, за что раньше хвататься. Банк не дал кредит, поставщик исчез, скандал с главным… А тут еще Лена со своими бабскими заморочками. Магия! Это же… охренеть! Мне еще магии не хватало для полного счастья! Ну, я и сорвался. На нее наорал, на тебя… — Он с силой провел руками по лицу. — Достало все. Как тебя? — спросил после паузы. — Александр? Давай тяпнем, Александр, не против? За знакомство!
Они сидели в баре «Тутси». Бизнесмен Борисенко согласился уделить Шибаеву минут двадцать своего драгоценного времени…
Они выпили коньяк. Лицо Борисенко покраснело еще больше. Он тут же налил по второй, сказал: «За удачу!» — и проглотил на одном дыхании.
Шибаев пить не стал. Борисенко этого даже не заметил.
— Я был дураком! — вдруг произнес он, глядя исподлобья на Шибаева. — Я бы и сам всего добился. Главное — то, что здесь! — Он постучал себя по лбу костяшками пальцев. — Инга меня не любила, я ее тоже. Ну, увлекся поначалу, молоденькая девчонка вешается на шею, кто бы отказался. Тем более бизнес. Тесть — нормальный мужик, мы с ним ладили. Увидел, что Инга так и липнет ко мне, и говорит… Одним словом, все мое теперь твое, а я на покой. Он после смерти жены все время сидел у своей подруги в Хорватии, у него там такой же бизнес. Обженил нас и свалил. А я остался за хозяина. Молодожен… — он с трудом удержался от резкого словца. — Ни семьи, ни отношений. Я зарабатывал, она тратила.