Его маленькое братство тоже порядком измучилось. Молодые люди, подпав под харизму старшего товарища, честно намеревались жить святой жизнью, выполняя волю Христа, но получили только усиленное внимание со стороны властей, скандалы и испорченную репутацию. Один раз оказаться в тюрьме из-за странных взглядов своего лидера — еще куда ни шло, но получать клеймо неблагонадежного на всю жизнь никто из них не торопился. Идея их вождя переехать в другую страну, дабы продолжать прежний образ жизни, не вызвала у них воодушевления. Они беспокоились о собственном будущем, кроме того, переезд требовал серьезных расходов, которых они не могли себе позволить. В конце концов друзья договорились о следующем: Иньиго отправится в Париж и постарается найти для них возможность приехать. При благоприятном исходе братство воссоединится во Франции, а пока что Каликсто, Хуанито, Артеага и Касерес останутся студентами в Саламанке.
Кстати, жить в Париже, как раньше, Лойола, скорее всего, не планировал. Выйдя из тюрьмы, он постепенно смирился с необходимостью обучения и трезво оценил свои более чем скромные студенческие достижения. А вместе с тем был вынужден признать: университетская жизнь, неукоснительное посещение лекций и ученые штудии невозможно совмещать с активной апостольской деятельностью, как показала его жизнь в Алькале и Саламанке.
Многие артисты и музыканты сравнивают сцену с наркотиком. Кто однажды имел публичный успех, как правило, стремится испытать подобное чувство вновь. Сценическое пространство дает человеку мощный выброс адреналина и может даже стать обезболивающим при серьезной травме. Наверняка проповеди приносили Лойоле похожие ощущения. Во всяком случае, он сильно «подсел» на свою душеспасительную деятельность и, решив заняться учебой всерьез, опасался, что не сможет отказаться от работы с народом. Еще один плюс в пользу переезда во Францию. Иньиго не знал французского, а значит, при всем желании не смог бы проповедовать на улице, как в испанских городах.
Кроме того, накануне эмиграции он решительно пересмотрел взгляды на свою будущую аудиторию. Если в Испании среди восторженных его почитателей и послушников преобладали женщины, то во Франции он намеревался обращаться в основном к мужчинам. «Бедный паломник» устал от проблем, возникающих из-за неуправляемой экзальтации и чрезмерной отзывчивости дам на его проповеди и упражнения.
Прежде Парижа Лойола отправился обратно в Барселону к своим верным друзьям и благодетелям. Он очень рассчитывал на их материальную поддержку, уже ставшую для него привычной. В середине сентября 1527 года, спустя 15–20 дней после освобождения из тюрьмы, с минимальным багажом, имея с собой лишь несколько книг, Иньиго на ослике тронулся в путь.
В Барселоне его ожидало разочарование. Друзья приняли известие о переезде в Париж более чем прохладно. Во-первых, они не были готовы к такой масштабной финансовой помощи, во-вторых, их крайне насторожила сама идея. Испания и Франция находились в состоянии хронической войны, то обострявшейся, то затихавшей, но отношения между этими странами оставались крайне напряженными. По слухам, во Франции к испанцам относились чрезвычайно враждебно и кого-то чуть даже не насадили на вертел. Иньиго не придал этим слухам ни малейшего значения, поскольку уже все обдумал и решил. Денег ему все же дали, правда, немного.
Впереди лежал долгий путь: из Барселоны в Прованс, а уже оттуда, практически через всю Францию, — в Париж. Расстояние чуть больше тысячи километров сейчас преодолевается на машине за девять часов. Иньиго добирался не один месяц. Он покинул Барселону осенью 1527 года и пешком (осла он, видимо, продал) добрался до Парижа 2 февраля 1528 года, о чем и уведомил в письме Инес Паскуаль. На сей раз он шел с твердым намерением получить ученую степень.
Впоследствии, разрабатывая конституцию иезуитов, Игнатий Лойола укажет обязательное получение образования для новициев, желающих подняться в ордене на более высокую ступень. Гимназический и университетский курс для иезуитов-схоластов необходимо было проходить в одной из орденских школ на протяжении семи лет. При этом, как указывал Лойола, ничто не должно отвлекать кандидата от занятий, поскольку они «в некотором смысле требуют всего человека целиком». Понимание этой истины святой Игнатий обрел слишком дорогой ценой.
Неизвестно, что случилось с ним за время долгого путешествия, о чем он передумал по пути в Париж, кого встретил. В «Автобиографии» Лойолы эти три месяца странствий никак не отражены. Дальнейшее известно: в Париже студент Лойола и в самом деле взялся за ум. Бурная жизнь в Алькале и Саламанке фактически не оставляла ему времени для регулярных занятий, в связи с этим Иньиго принял решение повторить курс — и вынужден был сесть на скамью вместе с совсем юными школярами. Есть и другая версия объяснения этого факта. Французы не слишком ценили испанское образование, оттого и заставили испанца проходить все дисциплины с самого начала.