— Что с ней будет? — спросила она.
— Вероятнее всего тоже, что и с вами.
Роман оставил место для её вопроса, чтобы наконец сообщить ей о казни, но Лилия не спешила его задавать. Она надкусила ещё кусочек сыра и выпила вина.
— А хлеба нет? — снова спросила она.
«Это последствия обряда правды» – подумал Роман. — «Люди и покрепче её не сразу приходят в себя.» Томные глаза Лилии стали немного плясать. Видимо она к тому же и опьянела.
— Тля пожрала всю пшеницу и овёс в округе, — ответил Роман. — А из овса местные, почему-то, хлеб не пекут. Я хотел закупить провиант на свой корабль, но за здешние цены, семь пудов хлеба будут стоять как мой корабль. Так что придётся нам делать ещё одну остановку. Здесь нормального съестного не найти.
— Вы можете забрать Эльзу с собой? — спросила Лилия, как только Роман договорил.
— Просите о сестре? — спросил Роман и горько вздохнул. — Вы уже знаете, что с вами будет?
— Меня казнят? — спросила Лилия почти беззвучно.
В горле у Романа образовался комок и он тоже отпил из бурдюка. Это была плохая примета, пить из одной чаши с жертвами вампиров, но Роман не верил в эти сказки, в отличии от местных деревенских.
— Да, — хриплым голосом сказал Роман.
Лилия отхлебнула пару глотков из бурдюка.
— Как?
— Местные долго спорили, что с вами делать. С жертвами вампира поступают двумя способами: либо сжигают, либо бросают на глубины океана привязывая к булыжнику.
Лилия смотрела отстраненно на ночное небо, будто произнесённое Романом относилось не к ней.
— И что же?
— Вас нашли мокрой, да и видели, как вы выплыли из океана. Считают, что вода вам не страшна. Избранные говорят о том, что вы дитя русалки и вампира. Что только вы снова коснётесь воды, так у вас отрастёт хвост и вы сметёте этот остров с лица земли. Вас... — к горлу снова подступил ком и Роман сказал едва слышимо: — ...сожгут на костре.
На её лице возникла полоумная улыбка.
— А что будет с Эльзой? — спросила она, с какой-то детской надеждой, но у Романа не было для неё хороших новостей.
— Вы уйдёте из этого мира вместе.
Лилия сморщилась и только коротко кивнула, услышав об этом.
— Прости меня, дитя. Я ничем помочь не могу, — сказал Роман, но его слова прошли мимо ушей Лилии.
— На её теле же нет укусов. Зачем же её сжигать? — спросила она, будто задавала отцу детский вопрос.
— Местные не приютят девочку у себя. Она была в замке вампира и они не станут рисковать. Да и поговаривают, что она сама дитя вампиров.
— А вы? Вы разве не сможете её забрать? — спросила она, опустив голову..
Роман думал уже об этом. Но его команда, не одобрит ребёнка, да ещё и женщину, на корабле. Капитан должен иметь стержень и быть жёстким, а с ребёнком на руках... из мужчин жёсткость пропадает.
Даже если и так... В стычках с пиратами, команда, с которой он выехал порядилась и остались единицы от тех людей, на которых ещё можно было положиться. Ему пришлось набирать на островах разный сброд. Люди на его корабле уважают только силу — что они скажут о капитане-няньке? Он погубит и себя, и девочку и родного сына.
Но разве может он отказать? У него помимо сына осталось две дочери на большой земле, такого же возраста, как эта девушка с сестрой. Что было бы, если бы они оказались в схожей ситуации?
— Хотя схожую ситуацию, еще нужно поискать, — сказал он сам себе вслух.
Лилия даже не услышала его. Ничего не стоило ему просто уйти. Он и ушёл. Время подготавливать корабль к отплытию. Завтра им нужно будет отплыть и нужно успеть подкрепиться и поспать, до того как местные сожгут девушку. Не хотел он быть в этот момент здесь. Предчувствие говорило ему, что нужно убираться с этого острова.
Выходя от Лилии, он наткнулся на местную дружину, охраняющую вход и выход их местной тюрьмы. Оба стояли с дубинками, и оба ковырялись в носу, когда он к ним подошёл.
— А ну, руки, ноги и шею показывай, не укусила ли тебя ведьма? — забурчал один невежа.
— Сдрысни, пока не заколдовал, — замахнулся Роман рукой и ополченцы отступили в страхе. Они боялись гнева мага, да ещё и из стран Пятиземья.
«Местное дурачьё, которое не видело жизни» - подумал Роман.
На подступе к порту его встретил его сын. Высокий, с светлыми жидкими волосами и косым лбом, который словно срубили топором. Улыбающийся Янус окручивал двух местных девок, продающих рыбу. Разглядев девок поближе, Роман ужаснулся от их «красоты» и с тоской вспомнил прелестное личико уже постаревшей Лилии. Если она в старости прекрасна, то какой она была в молодости? Может украсть её у этих деревенщин? Роман сам себе усмехнулся, и сплюнул под ноги.