«Ты поскользнёшься и сломаешь себе шею», — предсказывал он Деймону, нашему дяде, громко смеясь.
«Ты полюбишь жабу и задохнёшься», — предсказывал он нашему отцу.
Маме он как-то предсказал, что тот, кого она любит сильнее всего, предаст её, а она этого и не поймёт.
Так бы это и осталось пургой, пока Деймон не поскользнулся на луже крови и не подвернул себе шею, уткнувшись лбом в серебряный крест.
Отец так испугался, что не выходил из замка пять веков, чтобы случайно не встретить какую жабу. Мать смеялась над ним, что он поверил в предсказание Хаоса.
«Это было совпадение. Совпадение! Ты как всегда пытаешься найти во всём судьбу. Даже сам Хаос не верит в то, что говорит. Высший вампир пустого трёпа, как и его отец » — смеялась мать над отцом на протяжении веков.
Спустя какое-то время отец устал слушать мамины усмешки и вышел в море, на охоту. Он, как и я, был высшим вампиром стихии огня, и, как и я, мог находиться в море весьма ограниченное время. Тонитру говорит, что слышал, как его последний огонёк гас в пучине шторма. Не знаю, встретил ли он какую-нибудь жабу на своём пути, или же пытался сбежать от неё, но второе предсказание Хаоса в точности сбылось.
Игнис говорил со страстью, а жар от его тела раскалил воздух в башне.
— Зачем вы рассказываете это мне? — спросила я хриплым от жары голосом.
— Потому что... — его красные волосы вились как огонь, — Хаос после этих событий перестал предсказывать. Ему наскучило предвещать плохие вещи, да и видения больше не приходили к нему. Кроме одного…
Он подсел ко мне, взяв мою свободную руку в свои и пьяняще смотрел в мои глаза:
— Никто не спал в эту ночь. Раздалось землетрясение такой мощи, что никто и не верил, что замок выстоит. Каждый из нас оставался в своих покоях и молился существующим и не существующим богам. Да, вы не ослышались, когда вампирам страшно, боги нам тоже не чужды. Я сидел в башне и никуда не выходил. Прямо там, где сидите сейчас вы. Тогда же Хаос влетел в мою комнату и стал кружиться в ней, а мою комнату заполонили туманные воины, корабли, часы, лошади, больные люди и иссохшая земля. Глаза Хаоса были закрыты, будто он спит, а я кричал от страха, пытаясь его разбудить. А он в это время пел свою песню:
« Твоё пламя погаснет от любви,
твои века закончатся от страсти.
Она возникнет на крови,
С ребёнком, вынутым из пасти»
Игнис пожирал меня глазами. В его глазах красное и жёлтое пламя боролось друг с другом. Его руки обжигали мои и мне пришлось с трудом их вырывать. Жар в комнате стал невыносим. Игнис смотрел на меня глазами безумца. Я вырвала руки и встала вместе с Эльзой, шаг за шагом отходя к ближайшей двери.
— А с чего вы взяли, что это предсказание обо мне? – спросила я ропотным голосом.
— Я видел вас во сне! Вы снились мне каждую ночь, с тех пор, как Хаос сделал мне предсказание! Я видел вас, чувствовал вас, жил с вами. Мы разговаривали с тобой часами...
Он казался полоумным. В башне стало невозможно дышать, да настолько, что даже окно вверху запотело. Я протянулась к ручке двери, чтобы впустить свежий воздух и не задохнуться, когда он крикнул:
— Не открывай её! Пока ты здесь... пока дверь закрыта, вы в безопасности!
— Нам нужен воздух, — прошептала я, чувствуя, как его пламя высушило всю влагу в моём горле.
Только сейчас Игнис осознал, что мы задыхаемся от его жара. Он растеряно оглянулся и схватился за голову.
Ни сил, ни воздуха больше не было. И я открыла дверь. Холодная струйка ветра приятно охлаждала моё лицо, и мы с Эльзой наконец-то смогли свободно дышать. Но эйфория от холода продлилась недолго. Я увидела ЧТО пряталось за дверью.
На меня уставились тысячи жёлтых глаз. Они были внизу, вверху и по бокам. От страха я попыталась закрыть дверь, но не смогла.
— Печать уже сломана, — ответил Игнис. Он пустил из пальца струю огня в своих собратьев, отгоняя их от входа. — Нам нужно уходить.
Глава 2 - Близнецы
Я чувствовала себя раненой косулей, проходя мимо хищников, почуявших кровь. Эти вампиры были непохожи на Игниса и его братьев. Они были похожи на голодных животных, готовых в миг сорваться, чтобы съесть меня и мою сестру. Я то-и-дело оглядывалась, чтобы быть ближе к Игнису, шедшему позади нас и периодически отстреливающемуся от вампиров. Лишь его тепло, которое я чувствовала спиной, давало мне надежду жить, двигаясь дальше.