В руках Дашеньки, все это время стоявшей неподвижно посреди творящегося на сцене безумия, сверкнула маленькая коробочка. Фанфары утихли, и карлик, повиснув на металлической конструкции над сценой, со злорадным предвкушением уставился на блестящий предмет.
– Уже приближаясь к выходу из темного царства мертвых, несчастная девушка совершила страшную ошибку: любопытство победило в ней благоразумие.
Дашенька приоткрыла ларец. Раздался щелчок, и по мановению невидимого режиссера красный свет переменился синим, пронизывающий холод вдруг пронесся по всему зрительному залу. Публика вздрогнула. А Дашенька сделалась бледнее полотна, ослабшие пальцы ее выпустили стеклянный ларец, и сама она упала на руки вовремя подхватившему ее человеку во фраке.
– Беспробудный сон напал на бедную Психею. И суждено ей теперь навечно остаться в мрачном царстве теней.
Сделавшийся вновь покладистым карлик вытолкал на сцену подобие гроба. Человек во фраке уложил на его закрытую крышку безвольное тело Дашеньки, затем трагично соединил руки у себя на груди и возопил, будто обращаясь к небесам:
– Что может спасти несчастную? Что может вырвать ее из ледяных оков смерти? – Он выдержал поистине театральную паузу. – Только сила любви способна сотворить это чудо. Но есть ли среди вас тот, кто обладает такой силой?
Его вопрос повис в тишине зрительного зала. Не сразу Игорь понял, что пустые зеницы всех масок обращены к нему. Широкий луч света выхватил его из черноты театральных лож, погрузив все вокруг во тьму. Игорь услышал аплодисменты, сначала негромкие, но затем все более уверенные и ободряющие. Он поднялся со своего места.
– Всего один поцелуй истинной любви, – заходился в экстазе человек во фраке, – и она будет спасена! Любовь творит настоящие чудеса! Любовь побеждает смерть!
Осторожно ступая по крутым ступенькам, Игорь, наконец, спустился на сцену. На ватных ногах он приблизился к бутафорскому гробу, где в древнегреческих одеяниях лежала его Дашенька, бледная и неподвижная. Рукоплескания публики смолкли, когда Игорь наклонился над ее лицом. Раздались нетерпеливые возгласы:
– Целуй же! Целуй!
Игорь прикоснулся к ее синим губам своими розовыми и тотчас отшатнулся, словно пораженный электрическим током. Она была холодна. Кругом все стихло. Игорь посмотрел на человека во фраке, с посеревшего лица которого вдруг сползла театральная гримаса. Это был немолодой человек с приклеенными усиками, вспотевшим лбом и маленькими испуганными глазками. Он пролепетал:
– Вы что же ее… не любите?
Что-то близкое к помешательству промелькнуло в облике человека во фраке, Игорь отступил на шаг назад. Чей-то истеричный крик прозвенел в его ушах, обезьяна вновь дико взвыла, маски с черными глазницами одна за другой выныривали из темноты и приближались к нему.
– Он убил ее! Убил! – Грохотало в воздухе.
Игорь обратился в бегство.
Конец