Прежде чем выйти на опушку, Айрис остановилась и попыталась еще раз всё обдумать и понять, как такое могло случиться. Симон в самом деле здесь, и был тут, наверное, всё это время. Но ни разу не попался ей на глаза.
Как же так? Должна же быть какая-то связь между ним и случившимися с ними несчастьями, но какая? Девушка ничего не понимала.
Озарение пришло внезапно, и тут же всё внутри у нее налилось свинцовой тяжестью. Неужели Симон знает, что Бастиана посадили в подземную темницу? Видимо, да. Возможно, он даже побывал у него…
До поляны, где находился лагерь, оставалось еще метров сто. Быстро темнело — раньше, чем она рассчитывала.
Айрис в последний раз оглянулась и прошмыгнула на опушку леса. Промчалась по лугу, метнулась к могилам, прыгнула во вторую слева.
Там был лаз. Туннель.
Она собиралась всё время радостно кричать, распевать громкие песни, чтобы Бастиан как можно раньше ее услышал, чтобы знал, что она идет к нему. Но теперь Айрис на это уже не решалась.
Включить фонарик. Яркий луч света выхватил растрескавшиеся каменные стены. Громадная многоножка, напуганная светом, поспешила спрятаться в щель. Айрис посветила себе под ноги. Ровная площадка — такой она ей и запомнилась. И все-таки туннель сейчас выглядел жутко — не то что раньше, когда его освещало пламя факела. В холодном свете карманного фонарика он казался страшной пастью, ненасытной глоткой, в которой она вот-вот исчезнет.
Айрис бросилась вперед. Надо добраться до Бастиана, и тогда всё будет хорошо, тогда она будет не одна. Скоро и Пауль окажется здесь, вместе с Кариной и Ларсом. Может, и Варце придет. Ждать осталось недолго, и они всё сделают.
Луч света, подрагивая, плясал на стенах туннеля. Когда же будет проем, который ведет наверх? Он должен находиться с левой стороны, примерно на уровне ее плеч.
Вот оно, черное пятно, темнее окружающих стен. Она нашла проем. Зажав зубами фонарь, Айрис вскарабкалась по стене и подтянулась. Сделать это оказалось нелегко и удалось не с первой попытки, однако она помнила, что там, снаружи, в лесу, был Симон и он когда-нибудь однозначно здесь появится. Мысль об этом заставляла девушку торопиться.
Забравшись наверх, она осветила свод подвала лучом фонарика. Сориентировалась. Здесь были остатки первого костра, который они разожгли; там, наверху, находилась шахта. Она посветила гуда, осмотрела камень, преградивший им выход.
Отыскав нужный проход, она побежала по нему, перелезла через завал. Перед ней простиралось большое подземелье. С нишами. Со склепом.
Очутиться один на один с останками людей, убитых во время давней резни, неожиданно оказалось страшнее, чем ожидала Айрис. Однако нужно миновать склеп, если она хочет добраться до Бастиана.
— Привет, Тристрам, — прошептала девушка. Звук собственного голоса вселил в нее мужество. — Прости, что я снова нарушаю твой покой. Подобное больше не случится, обещаю.
Сумка с арфой стояла возле стены, у входа в старинную часовню. Сквозь кожу футляра Айрис почувствовала гладкую древесину резонатора и перекинула сумку через плечо. Уверенность понемногу к ней возвращалась.
Луч света скользнул по останкам убитых людей. А вот скелет того парня с отрубленной ногой. Разве он не лежал чуть по-другому? Да нет, ерунда.
Айрис замедлила шаг. Что, если она сейчас войдет в темницу, а там уже никого нет? Если с Бастианом что-то случилось? Если там, внизу, ее ожидает еще одна ужасная сцена?
Спокойно, спокойно, спокойно. Она облизала пересохшие губы. Ничего ужаснее тех сцен, которые она и так прокручивала в голове, быть уже просто не могло.
Девушка крепче сжала фонарик и решительно зашагала между каменными саркофагами. Ничего не случилось, конечно, ничего; она не даст ужасающему антуражу себя запугать.
Могильная плита, которая загораживала вход на винтовую лестницу, все еще была отодвинута в сторону. Повезло. Никто не потрудился вернуть ее на место.
Она спустилась по лестнице, осторожно переступая со ступеньки на ступеньку. Пахло плесенью и влажными камнями; на стенах росли зеленоватые грибы.
Оказавшись внизу, Айрис остановилась. Вокруг царила оглушительная тишина, словно она была здесь совершенно одна.
— Бастиан? — Девушка прошептала это так тихо, что сама едва себя услышала. Еще раз, громче: — Бастиан?