Небольшой гул сопроводил это заявление. Многие не ожидали от Романа, что он уйдет в отпуск в самый ответственный момент, и теперь гадали, что же поменяется. Нет, они конечно, знали Анну, причем знали как неплохого управленца, но вот с точки зрения многих присутствующих, реального опыта у нее не хватало. А значит, появилась возможность урвать что-то для себя.
— На этом с новостями закончим, — продолжила Анна, — и перейдем к насущным проблемам. Итак, все надеюсь, помнят последний разговор с представителем англоязычного кластера?
Утвердительные кивки головами.
— Если кто-то из находящихся тут считает, что с подобными предложениями он больше ни к кому не обращался, можете покинуть собрание.
Молчание. Никто не пошевелился.
— Прекрасно, наши мнения совпадают. Значит, все прекрасно понимают, что такое же или аналогичное предложение он сделает и другим. Отсюда следует несколько выводов, и самый первый будет самым неприятным. Предложение нагадить своему кластеру будет пресечено силовым методом. Причем пресекут на самом высоком уровне. Вплоть до того, что игрок будет в местной Бастилии. Надеюсь, не надо объяснять, что это такое?
Опять молчание.
— Таким образом, наше сотрудничество с представителями английского кластера выходит на другой уровень первое. Торговля. Но сразу хочу сказать, только в рамках закона. Пусть другие идиоты пытаются расшатывать лодку или играть крапленой колодой. Нам это не надо.
— Простите, — сказал Дмитрий, — а зачем мы тогда вообще с ним разговаривали?
— А затем, — ответила Анна, — что бы понять, насколько он нам враг.
— Хм, вы не сказали слово друг, значит ли это, что вы изначально не рассматривали его как полноценного партнера?
— Нет, не значит. Он провалил элементарное дело, а потом начал ссылаться на Инквизицию и прочая и прочая. Задайте сами себе вопрос: что с таким партнёром можно делать?
— Нет, — ответили ей, — вы правы, с такими партнерами надо держать ухо востро и доверять, но проверять. Так какие ваши предложения?
— Прежде, чем я озвучу свои предложения, я хочу спросить. Тут есть кто-то, кто считает меня дурой?
— Анна, зачем вы так? — Дмитрий мягко осадил Анну, — если бы мы считали вас дурой, то ушли сразу, после того, как узнали от вас новости о вашем уважаемом отце. Мы слушаем вас.
— Отлично. Значит, я предлагаю следующее. Первое, никаких привлечений нищих и прочих. Поясню. Нам асоциальные личности тут не нужны. Если они выйдут из под контроля, а то, что нам предлагают как раз и приведет к дестабилизации, то увеличивать количество недругов не надо. Не смотря на то, что на первом этапе они смогут принести пользу. Второе. Мы создаем телевидение в Игре. Собственно отсюда вытекает и третье. Если кого и привлекать, то ищем в реальности студентов, которые готовы работать в нашем телевидении. Даже если они потом уйдут, вреда от них значительно меньше.
— Анна, а кому тут, в Игре, надо это телевидение? Ты сама подумай, — начал эмоционально Дмитрий, — тут масса информации для чтения, к тому же каждый может записать в видеорежиме все, что ему надо. Это провальный проект.
— Дмитрий, а ты сам подумай. Мы пускаем новостную программу, снабжаем сюжет комментарием и вуаля! Взять интервью у Командора, у Императора в конце концов. Это реальные деньги. На первом этапе, конечно, придется вложиться. К тому же не забывай о рекламе. А это и продвижение товара, и все остальное! Да, на первом этапе придется вложиться. Но потом это окупит себя. Можно снимать смешные программы, фильмы — да все что хочешь!
— Анна, а если мы не согласимся? — сказал Дмитрий, — Если мы посчитаем, что проект провальный, тогда что?
— Тогда я одна потяну этот проект, — просто сказала Анна, — Мне будет тяжелее, но и прибыль будет больше.
— Это в случае успеха, — сказал Борис, — А в случае не успеха? Сколько вы готовы вложить?
— Я ставлю все, — ответила Анна.
— Понятно. Такое предложение надо обдумать. Сколько у нас времени? — спросил Борис.
— Времени вообще-то нет, но до завтра терпит. Завтра, я жду или лично или по почте Ваше согласие, или Ваше несогласие.
— И на каких условиях вы предлагаете нам войти в этот проект? — поинтересовался Борис.
— Идея моя, основные деньги мои, — начала Анна, — поэтому вам на всех я предлагаю 28 %. По четыре процента каждому. В случае, если кто-то откажется, я готова увеличить долю.