— Не могу не согласиться, — прохрипел Зубр, — пошло оно всё на хрен.
Я посмотрел на скрюченные, разбитые в кровь пальцы, ещё раз глянул на обрушившуюся столовую и приказал:
— Валим отсюда, а то не дай бог и сюда эта хрень доползёт.
Сомневаюсь, что она может нас догнать, уж больно медленная, но ещё час назад мы думали, что она вообще от дороги никуда не отползает, а тут вон полсотни метров проползла, нас чуть не схерачила и целое здание разрушила, чёрт его знает на какие ещё сюрпризы она способна.
Впрочем, пока мы лежали, река плоти свернула свою незадекларированную деятельность и постепенно начала возвращаться обратно в свои берега.
— Зубр, как думаешь, это она за нами погналась, или просто ей не понравилось, что в этих местах кто-то её сборщиков постоянно колбасит и те не приносят к мамочке необходимые ей питательные вещества?
Зубр только пожал плечами:
— Скорей всего второе, в этих местах она явно супер босс и ей не нравится, когда её детишек чморят разные отстойные, недоделанные зомби, вот и решила глянуть сама, кто тут шалит, разобраться как попало и покарать невиновных.
— Это хорошо, что сама, а то представь, если бы она вслед за сборщиками послала сюда каких-нибудь супер-убийц: быстрых и зубастых, разбираться с недоимками — это было бы гораздо хуже.
— Тихо, ты, не подсказывай, не хватало чтобы они ещё к твоим советам прислушались, будто нам и без этого всяких уродов не хватает. Пошли отсюда, только зря сюда припёрлись, гранату предпоследнюю просрали и даже батончика шоколадного не нашли.
— Ну, почему же не нашли?
Зубр расстегнул один из карманов разгрузки, доставая оттуда заветные батончики в количестве аж трёх штук.
— Это что, откуда такое чудо?
— Пока тебя у озера ждал, добрался до той коробки и вот…
— Ёпрст, так коробка в луже отравы же лежала.
— Так я только те, что сверху были забрал, подумал, что не зря же мы через такой геморрой прошли, чтобы с пустыми руками возвратиться.
Я только покачал головой, глянул на реку плоти, которая обрушив столовую успокоилась, неспешно возвращаясь обратно в своё русло и активировал луч сканера.
Признаюсь честно, вышедшее сообщение совсем не походило на то, что я себе представлял, я думал, что не появится вообще никакой информации или это будет сообщение наподобие: «Токсичный шоколадный батончик не жрать — убьёт», но действительность оказалась совсем иной.
Мутаген преобразованный, с шоколадным вкусом.
Ранг: необычный.
Перенастраивает пищеварительную систему на улучшенную переработку пищевых продуктов. Необходимая суточная норма пищи снижается на 5%. Но не более чем на 20%. При большем значении этого параметра, возможна переработка трудноусваеваемых компонентов, однако при этом возрастает нагрузка на наноботы и это будет приводить к их ускоренному выходу из строя.
Нормально. Получается, если сожрать двадцать таких батончиков, то после этого можно будет питаться одними кирпичами и гудроном? Если это не будет стоить всей дневной нормы наноботов, то это вполне интересная вещь, а уж тем более классная до достижения нормы в двадцать процентов.
Мы, продолжая валяться на асфальте, содрали хрустящую упаковку, чокнулись шоколадными бочками, впились в них с зубами.
— Ваше здоровье!
— Ага.
Впервые за последнюю неделю я был счастлив. В небе солнышко, под спиной тёплый асфальт, в руке шоколадка до краёв напичканная эндорфинами, и при этом никто в данный момент не хочет нас убить. Что ещё надо для счастья?
Мнебыбабубы… Сам себе ответил я, хотя сейчас в таком состоянии, что мне её даже пощупать нечем, любое движение пальцев отдаётся во всём теле тупой болью и даже заморозка от лечебных наноботов помогает не до конца. Хорошо что для управления потрошителем пальцы не нужны, разве что только для активации, а вот с автоматом я сейчас, боюсь, не управлюсь, при первом же выстреле тот выпадет из рук и прострелит мне левое яичко. Или того хуже… Отстрелит сразу два. А отрастят ли наноботы потом новые — это большой вопрос.
Река плоти, вроде, вошла в свои берега, надо возвращаться за Тузиком и топать дальше, не отвлекаясь ни на что и стараясь не влезать ни в какие неприятности.
Неприятности, в виде воронья нашли нас сами: огромная стая, неистово каркая, показалась на горизонте, быстро приближаясь к нашему импровизированному лежбищу. Мы едва успели вскочить и добраться до леса, у опушки которого притаился наш Тузик. Только мы нырнули в заросли, как небо потемнело от бесчисленной стаи пернатых, с одинаковым усердием машущих крыльями, галдящих и метко гадящих нам на головы. Мутировавшие птицы, то ли не заметили нас, то ли им не было до нас дела, поэтому они не задерживаясь пролетали мимо и только парочка, привлечённая шумом генератора, в наше отсутствие заряжающего Тузика, спланировали вниз, тяжело усевшись на борта телеги и, склонив головы, начали рассматривать её содержимое. Сам Тузик, не подающий признаков жизни, их внимания не привлёк, а вот тарахтящий генератор полностью завладел всем их скудным воображением. Они спрыгнули внутрь тележки, заставив её закачаться под их немалым весом, и забарабанили по корпусу генератора будто стальными пятнадцати сантиметровыми клювами.