Светлое летнее небо с пушистыми облачками, заброшенный пункт дорожной инспекции, пятиэтажное здание неизвестного предназначения, то ли непонятно для чего построенный здесь санаторий, то ли склад, то ли ремонтная мастерская. Река плоти тоже не обращает на нас внимания: на первый взгляд ничто не предвещает беды, разве что непонятный покосившийся дорожный знак перед входом, весьма успешно копирующий знаменитый квадрат Малевича, однако, стоило нам бросить взгляд под землю, внутрь перехода, как нас обоих объяла непонятная жуть, заставившая стадо мурашек побежать по хребту, а волосы на голове слегка зашевелиться, хотя ничего сверхъестественного мы там не увидели. Честно говоря, вообще ничего не увидели: в тоннеле, естественно, не было электричества, но он был прямой как стрела и, несмотря на его немалую длину, на другой его стороне был виден ничем не загороженный свет выхода, да и в самом туннеле света было достаточно, чтобы разглядеть, что кроме потолка, стен и пола там больше ничего нет. Пробеги сотню метров, и ты на другой стороне, и всё же мы никак не могли решиться сделать первый шаг, нас будто что-то останавливало.
— Чертовщина какая-то, может это какая-то аура от этой хрени, — я кивнул на реку смерти, протекающую метрах в пятнадцати от нас, — на воздухе она не чувствуется, а здесь под землёй скапливается и отпугивает всяких праздно шатающихся?
Спросил и сам не поверил своим словам, хотя, что ещё может напугать в обычном, пустом подземном переходе?
— Тузика, похоже, придётся здесь бросить, вернее отправить своим ходом после нас. Заберём из багажа всё необходимое, бегом перебираемся на ту сторону и, если всё пройдёт нормально, будем ждать его там. Лестница тут пологая, Тузик сам спокойно спустится даже с телегой, да и пол как зеркало, доедет до той стороны без проблем, а уж подняться мы ему поможем, главное самим перебраться.
— Боюсь, — Зубр поскрёб щетину, если речка нас почувствует, несмотря на то что мы под землёй, ведь номинально мы будем от неё лишь в паре метров, вдруг она расценит это как вторжение в её владения? И успеет закупорить нам вход и выход? Когда надо она очень шустрая. Тут же около полусотни метров, если не больше, с полной нагрузкой мы никак не уложимся быстрее чем в пятнадцать секунд. Она за это время два раза успеет нас здесь запереть.
— Есть способ побыстрее.
Честно говоря, можно туда вообще не лезть, вернуться в деревню, зачистить от зомби, выбрать себе домик покрепче, устроить там лагерь, а потом делать вылазки во все стороны, мочить тварей, что нам по силам, потихоньку развиваться, но как по-моему — это тупиковый вариант: сложные механизмы с каждым днём всё больше выходят из строя, возможно, через месяц человечество, вообще, окажется в каменном веке, ведь даже у наших неубиваемых калашей прочность и то падает, пока есть такая возможность надо добраться до серьёзного вооружения, взять новые уровни, набить наноботов. Кстати, мы же взяли новый уровень, можем сегодня съесть ещё по три десятка.
Я снял с пояса хранилище, выдавая нам остаток дневной нормы, — но, как я и сказал, есть способ перебраться на ту сторону побыстрее.
— Хочешь воспользоваться тачкой?
— А что, она тихая и быстрая, разгон до сотни меньше чем за две секунды. К тому же небольшая, здесь по высоте и по ширине две таких спокойно пролезут.
Машина в рабочем состоянии нашлась около поста, а ключи прямо на столе, внутри помещения. При этом никаких зомби с табельным оружием, защищающих их, здесь не оказалось. Всё как будто кричало, что этим шансом надо воспользоваться и, честно говоря, эта мысль мне нравилась. Правда, заряда батареи в тачке было всего двенадцать процентов, но этого за глаза хватит, чтобы проехать по тоннелю туда-обратно сотню раз подряд.
— Ладно, давай сделаем это.
На то, чтобы запрограммировать Тузика, чтобы он начал выдвигаться за нами через минуту, хлебнуть воды, закинуть на заднее сиденье по запасному калашу, много времени не ушло. Шприц, хранилище наноботов и самые компактные артефакты и так всегда были с нами, так что через пять минут мы уже сидели в машине, которая практически беззвучно кралась по асфальту в сторону подземного перехода.
Не знаю как в ней помещались сотрудники дорожной инспекции, обычно отличающееся не скромным телосложением, в касках и бронежилетах мы туда ели втиснулись и теперь сидели упёршись в друг друга плечами, зато поковырявшись в настройках, Зубр сделал максимальный клиренс и теперь мы хотя бы не шаркали пузом по бордюрам, переползая через них на тропинку, подбираясь к подземному переходу. Фары мы не включали, электромоторчики шелестели практически бесшумно, и река смерти на нас никак не реагировала, продолжая спокойно течь по своим делам. Я следил за ней во все глаза, готовый в любой момент заорать благим матом, чтобы Зубр увёз нас отсюда куда-нибудь подальше. Я этого почти желал, но ничего не случилось и спустя пяток секунд мы снова смотрели в темноту провала, откуда продолжал сочиться практически овеществлённый ужас, и ни лобовое стекло, ни углепластиковый кузов нисколько не спасали от этих накатывающихся волн.