Меня уже ждали. Декан Диндинджер восседал за массивным столом с самым официальным видом, а сбоку на стуле примостилась невзрачная личность с бегающими глазками. Личность неуловимо напоминала крысу.
Я поздоровался с обоими и застыл в ожидании.
- Вот, знакомьтесь: лучший студент первого курса факультета боевой магии Денис Коваль, - декан представил меня крысе.
- Очень приятно. Я советник третьего ранга Министерства безопасности Драг Миро, - в ответ прошелестела невзрачная личность.
Я отметил, что на встречу со мной из Министерства отправили простолюдина, а не спесивого аристократа. Умный ход.
Мы посверлили друг друга изучающими взглядами, после чего советник приступил к делу.
- Являетесь ли вы патриотом великой Империи Мендос, студент Коваль? - вкрадчиво задал он первый вопрос.
- Конечно, как и весь народ, - бодро заверил я.
- А как вы относитесь к политике Императора Павлия? Слышал, не все им довольны.
- Я не интересуюсь политикой и считают, что власти лучше нас знают, что нужно народу и государству. Поэтому я доволен всем.
Советник опять изучающе посмотрел на меня, ища подвох. Но я улыбался с энтузиазмом позитивного идиота, и господин Миро успокоился.
- Насколько я помню, вы обучаетесь по контракту, студент Коваль. Следовательно, государство после окончания Академии имеет полное право несколько лет распоряжаться вами по своему усмотрению. И спектр сферы применения выпускников Академии огромен. Вряд ли у вас имеются влиятельные родственники с громкими титулами, поэтому вас скорее всего засунут в самый дальний пограничный гарнизон, где ваши таланты останутся невостребованными. Более того, вы рискуете бесславно погибнуть в первой же стычке. Согласитесь, это не лучшая судьба для талантливого и честолюбивого молодого человека. Но у вас так же имеется возможность, даже не обладая титулом, сделать карьеру в каком-нибудь министерстве. Например, - выразительная пауза и внимательный взгляд крысиных глазок, - в Министерстве безопасности.
Советник подождал закономерного вопроса: а как этого добиться? Но я продолжал всего лишь глупо улыбаться. Декан Диндинджер, знавший меня гораздо лучше министерской крысы, неодобрительно нахмурился и демонстративно начал барабанить пальцами по столу.
- Не буду ходить вокруг да около, - не дождавшись ответной реплики, вкрадчиво продолжил советник. - По мнению деканата, вы являетесь одним из самых перспективных студентов факультета боевой магии за последние несколько лет. Министерство безопасности предлагает вам уже сейчас подписать договор на стажировку в нашем ведомстве. Хочу отметить, что многие ваши сокурсники сочли бы неслыханной удачей получить подобное предложение. Вы будете параллельно продолжать учебу, при этом выполняя некоторые наши задания. Само собой, ваши услуги будут оплачены. При этом вы подпишите бумаги о неразглашении сведений государственной важности и не будете распространяться о сотрудничестве с нами. Ну как, подписываем контракт?
Я продолжил все так же по-идиотски улыбаться. Господин Миро счел это за знак согласия и протянул толстую папку.
- Вот и замечательно. Я даже не сомневался, что вы благоразумный молодой человек. Это ваш договор. Он стандартный и полностью соответствует регламенту. Прошу поставить подпись на последней странице.
Вот тут мне надо было перестать валять дурака и снова вспомнить наш последний разговор с деканом Шилдом. Что мне мешало хотя бы попросить дополнительное время, чтобы изучить документ и обдумать предложение? Но во мне проснулся ненужный героизм. Самодовольно предвкушая эффектную сцену и все так же по-идиотски бодро улыбаясь, я выдал:
- Господин советник, огромное спасибо, но ваше предложение мне не подходит. С вашего позволения, я бы хотел полностью сосредоточиться на учебе в Академии, а не на стажировке в Министерстве безопасности. Господа, всего хорошего.
Победно покидая кабинет, я услышал, как декан Диндинджер пытается сгладить ситуацию, объясняя все переутомлением в конце семестра и излишнем рвением в учебе. Но перед моими глазами слишком явственно стояли видения с черными изуверскими ритуалами и мумиями несчастных жертв. Меня охватывало омерзение работать в ведомстве, наверняка причастного к творимым злодеяниям. Да и ситуация с Мариэллой внесла свою лепту. Сейчас я понимаю, что все можно было повернуть по-другому. Однозначно, вести подобным образом было верхом неосторожности: не зря гордыня считается смертным грехом. Но тогда прямой отказ от сотрудничества казался единственно правильным решением.