Сложно поверить, но лечение заболеваний внутренних органов в мире Милекен было поставлено на такой высокий уровень, что в хирургии как таковой практически не было необходимости. Язвы, инфаркты, инсульты, онкология и прочие суперсерьезные для Земли болезни здесь считались всего лишь нарушением внутреннего баланса энергий. И в подавляющем большинстве восстанавливались гармонизацией организма. Нарушения в тонком теле, чаще всего вызванные злонамеренными заклинаниями из арсенала черной магии, требовали более основательного подхода. То, что у нас называлось порчей, наговором мог сбросить только сильный темный или светлый маг. В любом случае, болезни, считавшиеся на Земле неизлечимыми, в моем новом магическом мире устранялись без следа.
Но один момент все-таки существенно портил картину: услуги хорошего мага-знахаря стоили дорого. Поэтому бедные простолюдины по-старинке обходились отварами трав, эликсирами, амулетами, ходили в храм и надеялись, что все само пройдет.
В этом плане студентам Академии крупно повезло: в период обучения нас лечили абсолютно бесплатно на самом высшем уровне. Поэтому травмы, полученные во время учебных боев и санкционированных поединков, никого не пугали. Главное, чтобы схватка не закончилась летальным исходом. Хотя ходили слухи, что в Заоблочном храме даже смерть не считалась необратимым явлением.
Вот и сейчас, после получения знахарской помощи в походных палатках многие пострадавшие в спаррингах как ни в чем не бывало возвращались в шумную толпу зрителей. По крайней мере дреней Гран, встряхивая радужной гривой и обнимая Миринду, уже что-то увлеченно обсуждал с друзьями и единомышленниками, а Бернара смеялась со своей подругой, при этом поглядывая в нашу сторону.
- Внимание всем! - усиленный заклинанием громкости голос декана Диндинджера перекрыл нестройный гул толпы. - Заканчивается прием заявок на участие в финальных поединках. Через несколько минут начнется последний этап ежегодного всеобщего спарринга факультета стихийной магии. Напоминаю, что по правилам любой человек, дреней или эльф с факультета стихийной магии может выбрать себе достойного противника. Бой идет до признания нашей уважаемой комиссией явного поражения либо после требования одного из участников прекратить бой. Это тоже засчитывается как поражение. Также действует запрет на умышленное причинения невосполнимого ущерба телу или смерти за исключением оправданной самообороны. Зрители могут делать ставки.
Последнее замечание было встречено ревом одобрения. Я вновь поймал взгляд блондина. В памяти всплыло, что он учится на последнем курсе.
- Кто это? - указав на парня, спросил я у Алекса.
- Андрон Бакреш. Мутный и опасный тип. Говорят, он бастард одного из высших чинов в Министерстве безопасности. Судя по тому, как Андрону всегда удавалось выйти сухим из воды, я в это охотно верю.
- Он поэтому опасен?
- Не только. Бакреш очень способный парень, владеет двумя видами стихийной магии, что уже редкость. Андрон мог бы спокойно ограничиться званием одного из лучших студентов факультета, завести друзей. Но парень сильно себе на уме, держится особняком и, по слухам, неплохо зарабатывает на своих талантах. Говорят, он вызывает за деньги на поединки недругов нанимателей и целенаправленно калечит жертвы. Но делает это так виртуозно, что все выглядит словно допустимая самооборона. По крайней мере до сих пор все расследования в отношении него заканчивались именно такой формулировкой. Даже убийство первокурсника-простолюдина в прошлом году вывернули таким образом, что жертва оказалась якобы сама виновата. Короче, от Андрона лучше держаться подальше.
- А почему деканат в принципе допускает бои с заведомо слабыми противниками? Ведь дураку понятно, что неопытный первокурсник со скромными способностями однозначно проиграет талантливому старшекурснику с редким даром.
- По правилам каждому бойцу до сигнала, означающего начало поединка, дается право выбрать, участвует он или нет. Дальше деканат по уставу снимает с себя ответственность. Но тут имеется весьма тонкая грань. Если заведомо сильный опытный маг первый вызывает новичка, то это считает подлостью и осуждается. Поэтому те, кто дорожат честью и боятся общественного порицания, никогда не поступят подобным образом. И отказ в данной ситуации для большинства будет проявлением благоразумия. Если силы противников примерно равны, то отказ от поединка покрывает труса несмываемым позором.
- Тогда убитый первокурсник почему не отказался, раз это возможно?