– Мы потеряем слишком много времени, – опять встрял Пан и поскрёб затылок под своей робингудовской шапочкой. – Если Тёмный Принц мухлюет, мы должны его опередить и прийти в сердце леса первыми. Нельзя ли просто перепрыгнуть через эту глупую вражду?
– Две цели – один путь, – заговорил Ки, и все обернулись к нему. – Мы пошлём семье моей невесты послание и условимся о… мирных переговорах. В сердце леса. – Принц светился от радости, как будто проблема уже была решена. – На месте и договоримся. Это будет…
– Детская забава, – вякнул Пан и так крепко хлопнул принца по плечу, что Ки едва не упал.
Детская игра. Что-то слишком часто возникает это словечко в последнее время. Допустим, они все соберутся, допустим даже, корневики не бросятся тут же на Ки и не растерзают его на месте, всё равно – как их помирить? Но попробовать-то надо. Ради Майи. И чтобы сердце у Анук не окаменело. Хотя собственное сердце сейчас беспокоило девочку меньше всего.
Стрикс выбрала трёх самых быстрых сов из гнезда, чтобы те доставили Анук и её друзей к цели. Но сначала – к листовикам.
– Небольшой крюк, – напомнил Ки, вспрыгнув на спину одной из серых птиц, – но это необходимо. Мы должны отправить послание. И потом я не могу отправиться без Ксилем к её матери.
– Безумие какое-то, да? – прошептал Пан Анук, залез на спину совы и так вцепился в её перья, что птица вскрикнула.
Безумие? Анук решила не спорить. Этот шимпанзе в костюмчике Робин Гуда вечно скажет что-нибудь странное.
– Извините, – прошептала Анук серебристо-серой сове, усаживаясь ей на спину.
Птица коротко кивнула в ответ, а потом беззвучно, словно призрак, вылетела из гнезда во мрак. Анук ничего не видела, только слышала низкоголосое уханье – это совы перекликались между собой. Ещё услышала собственный вскрик, когда птица резко взмыла вверх. У Анук от страха спёрло дыхание, крик застыл в горле. Она заставила себя глубоко вдохнуть. Позади слышались взмахи крыльев и совиное уханье.
Полёт был стремительным. Девочка прижалась всем телом к совиной спине, зарывшись в перья, чувствовала живое тепло и только молилась, чтобы птица не зацепилась за какую-нибудь мелкую ветку. Врезаться во что-нибудь на такой скорости – смертельно. Главным образом для Анук. Если она переживёт этот полёт, ей будет нечего бояться.
Темнота стала рассеиваться, появились просветы. И вдруг сова вынырнула между веток на свет.
Анук не успела обрадоваться. Пан выглядел жалко, Ки визжал от восторга, а сова Анук вдруг полетела ещё быстрее, круто пошла вверх, сделала петлю и приземлилась на дерево, которое показалось девочке знакомым. Ах, да, вот же ряды маленьких домиков на стволе!
Не успели совы сесть на ветку, которая служила широкой улицей, как Ки соскочил со своей совы с видом триумфатора. Лица листовиков показались в окошках. Сотни глаз с тревогой и восхищением разглядывали сов и своего принца. Девушка с несколько осунувшимся лицом бросилась к совам, вскрикнула, закрыла лицо руками, но принц тут же обнял её и прижал к себе. Принцесса Ксилем.
Пан был бледен, Анук даже опасалась, что он сейчас лишится чувств и свалится со своей совы.
– Кажется, одна из ягод была не совсем свежая, – промямлил шимпанзе и умолк.
– Ты не пойдёшь туда один, – властно произнесла принцесса, обращаясь к принцу.
– Я и не собирался, – отвечал принц, – тебе давно пора представить меня твоей семье.
– Мне жаль… – заговорила Анук.
– Да что там, – принцесса махнула рукой, – эта ссора затянулась, уже и правда пора помириться. Кроме того, пора заканчивать этот раунд игры. Тёмный Принц не смеет жульничать!
Последние слова принцесса произнесла с гневом.
Тем временем листовики оправились от испуга и выходили теперь на улицу поглазеть на сов и послушать новости. Принцесса велела принести сосуд с водой и произнесла над ним какие-то слова. Потом отдала одному из листовиков и проводила его глазами, пока он не исчез в листве.
– Известие будет доставлено. Встретимся в сердце леса.
– Это сердце леса, – начала Анук, пока у неё за спиной жалобно стонал Пан, – что это такое?
– Самое красивое место в лесу, – воскликнул Ки. – Наверху.
– И глубоко под землёй тоже самое прекрасное, – добавила принцесса. – Скоро сама увидишь!
Она взяла принца за руку и произнесла:
– Пойдём? Время не только завершить раунд игры, время его выиграть.
На этот раз Анук была готова к полёту. Совы взмывали с ветки одна за другой, листовики провожали их изумлёнными взглядами. И снова птицы мчались с такой скоростью, что девочка вспомнила об американских горках. Ветер свистел в ушах, заглушая вопли Пана. Как бы тесно ни сплетались ветви деревьев, совы пролетали между ними и проносили своих четырёх пассажиров через кроны деревьев, ныряли одна за другой между сучьями, взмывали вверх, над лесом. Это и был короткий путь, о котором говорила Стрикс.