– Конечно, – выпрямился Ки, – целых два: обезьяна и я.
Пан открыл рот и даже не стал поправлять листовика. Пират рассмеялся и поднял руку, чтобы похлопать Ки по плечу, потом понял, что он едва достаёт Анук до плеча, и похлопал по плечу Пана.
– Ты и Фан? Ну, тебе виднее!
И капитан велел спустить верёвочную лестницу.
– Надо хотя бы саблю с собой взять, – вслух рассуждал Пан, не слишком счастливый от того, что его назначили телохранителем.
– Бери, если хочешь, – согласилась Анук. – Я оружие не люблю.
– Если ты такая миролюбивая, тебе трудно будет победить Тёмного Принца, – мрачно пробурчал шимпанзе.
А ведь Пан, судя по всему, прав. Но шаг за шагом, понемногу, потихоньку, этот раунд она выиграет. Всё равно выиграет!
Башня была открыта. Дверь выходила на ту сторону, где остановился корабль. Внутри было темно и гуляли сквозняки. Над шпилем башни гонялись друг за другом ветра и бури, но внутри было тихо.
– Здравствуйте! – крикнула Анук внутрь башни.
Ответа не последовало.
– Никого нет, вот и хорошо, пошли отсюда, – обрадовался Пан, волочащий за собой массивную саблю одного из пиратов.
Ну уж нет!
– Ты что, Пан, нам надо внутрь, – возразила Анук.
– Струсил, – подсказал Ки, блестя глазами. Ему-то как раз не терпелось войти в башню.
– Струсил? – возмутился шимпанзе, хотя Ки был прав. – Да я лучший проводник по игре! – Пан замахнулся саблей. – Серебряный орден за особую отвагу. Я единственный победил Тёмного Принца десять раз подряд. Точнее, игрок под моим руководством победил. Да не важно. Храбрость – моё второе имя. Я просто не понимаю, зачем вести игрока в тёмную пустую башню.
– Затем, что нам надо узнать, где искать боевого скакуна, – терпеливо объяснила Анук. – Ветры и бури летают по пустыне, наверняка они что-нибудь видели. Кто ещё нам подскажет, где искать скакуна? Только они или их отец. Но мне нужна охрана.
– За это мне полагается золотой орден, – вздохнул Пан. – За то, что каждую минуту рискую своей жизнью.
– Ну пошли? – решила Анук.
Сверху долетел вой.
– Кто здесь? – прохрипел голос, похожий на резкий порыв ветра.
– Незваные гости, – пророкотал другой голос, похожий на грозу.
– Приведите их сюда, – пропел голос весеннего ветра, решительный и твёрдый.
Нечто прозрачное обрушилось на Анук и её спутников. Невидимые руки рывком подхватили их и понесли. Принца Ки сдуло с плеча Анук, его кто-то подхватил и унёс к островерхой крыше. Пан беспомощно махал саблей, рубил ветер, а его несло вверх. Анук закричала от неожиданности и страха, её кружило и влекло прочь. На корабле метались и голосили пираты.
Анук несло и кидало, как в том древесном лифте, забросившем её от корней в крону. Потом полёт кончился, и она неподвижно зависла в воздухе под самым шпилем башни. Вокруг было пусто.
– Помогите! – голосил Пан, кувыркаясь в воздухе. Свою саблю он потерял где-то по дороге.
– Прекратите! – крикнула Анук. – Он вам ничего не сделал!
– Он напал на нас с оружием! – прогремела гроза.
– Это из-за меня, он меня защищает! – твёрдо заявила Анук, удивляясь собственной смелости.
– А ты кто такая? – просвистел вихрь.
– Она игрок, – объяснил Ки, вскарабкиваясь снова на плечо к Анук и прицеливаясь в сторону голоса из рогатки.
– Игрок! – со смехом зарокотал гром. – Что ей здесь надо? Сюда никогда ещё не заходил ни один игрок.
– Она наверняка пустынный дух, – встрял третий голос, мокрый и холодный, голос грозы. – Встряхните-ка её как следует вверх ногами, вот увидите, у неё зеркало в кармане.
– А ещё обезьяна и лилипут! – хохотали гром и вихрь.
– Я шимпанзе, – слабо запротестовал Пан. – Требую, чтобы нас освободили!
Ветры плевать на него хотели. И продолжали свистеть, рокотать и хохотать. Анук показалось, что грохнула пушка. Ядро пролетело мимо башни, но ветры разозлились.
– Вышвырни её прочь из игры! – предложил весенний ветер, судя по всему, самый опасный из ветров. – Да подальше, чтобы она больше никогда…
– Стойте! – крикнул кто-то из-под самого шпиля.
Там на узком помосте, выходящем из стены башни, появилась седая голова. Показался старик со взъерошенными, как трава на газоне, волосами. Кожа почти такая же белая, как волосы, тёмные круги под глазами – похоже на мексиканский карнавальный грим или маску зомби.
– Опустите, – с усилием выговорил старик срывающимся голосом, ломким, как старая бумага.
Вихри не сразу его послушали, ему пришлось повторить свой приказ ещё раз и, кряхтя, но с самым строгим видом достать из кармана что-то вроде прозрачного кнута. Одежды его были такие же снежно-белые и походили на одеяние Пана. Может быть, он настоящий бедуин?