Вожак обезьян заглянул Анук в глаза, и ей показалось, что взгляд его проник до самого её каменеющего сердца.
– Нам пора двигаться, – резко напомнил Пан. – Тёмный обманщик наверняка уже задумал какую-нибудь запрещённую пакость. А нам нужны доспехи, что лежат там, наверху. Иначе не победим. А это будет скверно.
– Ты тоже понемногу становишься самоотверженным, старый бананоед, – обратился вожак к шимпанзе. – Будет действительно ужасно, если игрок потерпит поражение.
– Ещё бы! – Пан поглядел на вершину горы. – Мне тогда век терпеть унижения от старой тормозилы Тестудины. Брр! Этого нельзя допустить.
– А ещё я хорошо умею лазить по деревьям! – прибавила Анук.
– По деревьям, – с сочувствием улыбнулся серебряный вожак. – То деревья, а тут горы. Горы – не детская забава, горы – для взрослых.
Пан с необычайной ловкостью карабкался вверх по горам. Обезьяны подхватили Анук и стали её передавать из рук в руки, как посылку, одна макака сажала её к себе на спину и несла вперёд, потом передавала другому зверю, и тот нёс её дальше. Удивительно сильные, крепкие руки подхватывали девочку и снова и снова перебрасывали по воздуху. Серебристый мех. Серый мех. Золотистый мех. И подъём в гору совершался со скоростью, от которой захватывало дух.
Анук не сразу привыкла к такому необычному способу передвижения, но со временем ей стало нравиться. Весь свой страх она оставила внизу и с восхищением оглядывала фантастический вид сверху. Кругом были одни горы. До горизонта, насколько хватало глаз – каменные гиганты. Они теснились, как небоскрёбы в большом городе. Серая поверхность гор была неровной, но обезьяны ловко цеплялись за острые выступы и держались подальше от опасных трещин. Иные уступы были покрыты снегом, и помощники Анук катали снежные шары и устраивали сражения прямо во время восхождения.
Тёмного Принца нигде видно не было. Добрый это знак или нет? Конечно, добрый. Вероятно, он просто не может найти, где бы здесь смошенничать. Неужели наконец-то у Анук преимущество? Может быть…
Вопли и визг обезьян прервали раздумья Анук. Что такое? Кто-то из зверей упал со скалы?
Рядом возник Пан. И макака. Лицо шимпанзе перекосило от гнева и ярости.
У Анук тревожно заныло в груди. Не к добру это.
– Это низко! – выговорил с трудом Пан, задыхаясь от возмущения. – Подло! Гадко!
Анук заставила себя оглянуться. На заснеженном склоне горы появилась тень. Чёрный силуэт. Как будто рисунок чёрной тушью на белом листе. Крылатый конь. А на спине у него…
– Тёмный Принц… Здесь… Верхом на скакуне… – выдохнула Анук.
– Именно! – выпалил Пан. – А это запрещено! Попадись он мне только!
Шимпанзе замахал на принца кулаками, но Тёмный не обратил никакого внимания. Он был один. Не удивительно. Безоружные латники ему ни к чему. От них никакого толку. Они стали бы для него теперь только обузой. Его конь медленно и величественно поднимался вверх. Принц как будто хотел показать, кто тут хозяин. Он один, и больше никто. Или всё-таки…
– Он не может лететь так быстро, как хотел бы Принц! – крикнула Анук.
Скакуну явно было тяжело преодолевать неведомый горный хребет с его острыми вершинами и краями. Маленьким обезьянам, ловким, проворным, путь давался куда легче, тем более что они знают здесь каждый камень.
Однако Пан заметил, что никогда ещё прежде Тёмный Принц не забирался так высоко. И проводник точно не знает, где искать доспехи…
– Вы можете их обогнать? – спросила Анук у макаки.
Серебряный зверь с готовностью кивнул, не сводя взгляда со скакуна. Как будто не верил своим глазам.
– Но теперь наша задача становится гораздо опасней.
– Надо верить в себя, – напомнила Анук. – Кто не верит, что перепрыгнет, обязательно упадёт в яму. Так что вперёд! Иначе проиграем.
Вожак издал пронзительный клич, Анук захотелось зажать уши. И тут её подбросило вверх и дугой перебросило вперёд и дальше. Сердце у девочки замерло. Но обезьяны перебрасывали её дальше и дальше, быстрее, чем прежде. Анук оставалось их только подбадривать. Она должна победить. В ней снова проснулась жажда приключений.
Анук с быстротой, от которой захватывало дух, перебрасывали вверх по склону горы. Тёмный Принц подгонял скакуна, безжалостно колол его шпорами в бока. Обезьяны швыряли в Тёмного Принца снежки. Толку-то…
У девочки всё плыло перед глазами. Она уже не понимала, где верх, где низ. Обезьяньи руки перебрасывали её дальше и дальше под выкрики стаи.
Склоны гор здесь были покрыты трещинами и расщелинами. Время от времени Анук краем глаза могла наблюдать за своим противником. Он отставал, но следовал за обезьянами, видимо, полагая, что они приведут его к цели. Скакун поднимался с великим трудом, но не сдавался и стал нагонять. Всего несколько метров отделяли Анук от её противника.